Входная дверь лечебницы скрипнула, и на пороге появилась запыхавшаяся Элли — соседская девчонка, которой я приплачивала за то, чтобы она присматривала за Тареном.

— Леди Вивиан, простите ради всех святых! — запричитала она, краснея до корней волос и прижимая к груди пакет со свежей выпечкой. — Я только на секунду отвернулась, чтобы расплатиться с пекарем, а он как рванет! Прямо ураган, а не ребенок!

— Все в порядке, Элли, — я изо всех сил старалась, чтобы голос звучал спокойно, хотя меня била мелкая дрожь.

Я испуганно оглянулась на закрытую дверь смотровой, где лежал Адриан. Оттуда не доносилось ни звука, и я искренне надеялась, что он снова провалился в беспамятство.

— Идите домой, — я быстро поднялась на ноги. — Немедленно. И, Элли… Закрой все двери на замок. Никому не открывай. Хорошо?

Девушка испуганно округлила глаза, уловив панические нотки в моем голосе.

— Что-то случилось, госпожа?

— Просто сделай, как я говорю, — отрезала я.

Я поцеловала Тарена в серебристую макушку, вдохнув родной запах яблок и солнца, и заставила себя отступить.

— Иди с Элли, милый, — прошептала тихо, бережно подталкивая сына к няньке. — Маме нужно вылечить еще одного очень тяжелого пациента, а потом я приду и почитаю тебе сказку.

Элли взяла его за руку, и они двинулись к двери. Тарен послал мне воздушный поцелуй, и я, улыбнувшись, проделала то же самое, следуя нашей маленькой традиции.

Когда за ними закрылась входная дверь, я прислонилась спиной к холодной стене и медленно сползла на пол.

Ноги больше не держали.

Я закрыла лицо руками, пытаясь унять колотящееся сердце.

— Леди Вивиан… — из комнаты, приоткрыв дверь, робко выглянула Хийза. — Он без сознания. И у него усиливается жар. Что будем делать?

Я глубоко вздохнула, собирая волю в кулак, и поднялась на ноги. На меня накатила волна облегчения от осознания, что Адриан отключился и не слышал голоса сына.

Подойдя к входной двери, я заперла ее на все засовы, и двинулась обратно.

— Будем делать то, что должны, Хийза, — отстраненно ответила я, возвращаясь в комнату. — Только то, что должны…

Я устало подобралась к столу и взглянула на мощную фигуру бывшего мужа.

Его грудь тяжело и часто вздымалась, длинные серебристые волосы разметались по столешнице, а черты лица заострились.

Кому ты перешёл дорогу, Адриан Лайз? Кто тебя так отделал?

Я остановила свой взгляд на его кровоточащих рваных ранах.

В отличие от людей, плоть драконорожденного невозможно срастить чужой магией. Потому, что она тут же отвергает любое вмешательство.

Поэтому придется действовать по старинке.

— Раны надо зашить, пока он не истек кровью, — вздохнула устало я, взяв со стола чистую ткань и пропитав ее обеззараживающим раствором. — Хийза, готовь иглу и золотистую нить.

Мы работали в полном молчании.

Каждый раз, когда мои пальцы касались его горячей кожи, на меня накатывали болезненные воспоминания. Как его сильные руки обнимали меня… И как жестоко его губы произносили слова, разрушившие мой мир.

Наконец, когда последний шов был наложен, я отошла от стола, а Хийза умело обмотала его широкую грудь бинтами.

— Ему нельзя здесь оставаться, — тихо произнесла я, ополаскивая руки в тазу с теплой водой. — Завтра лечебница откроет двери для горожан. Если кто-то узнает в нем могущественного генерала, поползут слухи. А они привлекут сюда тех, кто его так отделал.

— И куда же мы его денем? — ахнула Хийза. — Ему нужен уход. Лечение. К вам домой нельзя, там ведь…

Она замолкла и покосилась в сторону неподвижного Адриана.

— Я знаю, — процедила я, массируя виски. — Ладно, давай пока разместим его в дальней комнате лечебницы, где хранятся зелья. Там нет окон, и туда никто не заходит. Как только он придет в себя и сможет стоять на ногах — я выставлю его вон. Дам ему зелий в дорогу и пусть убирается в столицу.

— А как же мы его перенесем? — ужаснулась Хийза. — Он же огромный!

Я устало вздохнула и молча уставилась на мощную мужскую фигуру.

Да уж… Тут мы, пожалуй, с Хийзой действительно бессильны. Нам не хватит сил даже сдвинуть Адриана, не то, что поднять его и протянуть через весь коридор лечебницы…

Кажется, завтра мне все же придется найти парочку крепких мужчин, способных держать рот на замке.

— Эту ночь он проведет здесь, — устало вздохнула я. — А утром я решу этот вопрос.

Я вышла из смотровой, шатаясь от усталости, и двинулась к своему рабочему столу.

— Я пригляжу за ним, госпожа Вивиан, — отозвалась Хийза, двигаясь следом. — Ступайте домой. Вам надо отдохнуть. Если вдруг ему станет хуже — я дам вам знать.

Я остановилась и с искренней благодарностью посмотрела на свою помощницу.

В нашем тихом прибрежном городке тяжелые пациенты, которым требовался постоянный уход, были большой редкостью. И если такое все же случалось, то эту обязанность всегда забирала на себя Хийза.