Как только звонок заканчивается, я бегу в свою ванную, где мой изысканный ужин бурно возвращается наружу. Но меня выворачивает наизнанку не из-за предательства Рафаэля — а потому что я должна сделать это снова. И снова. И снова, пока не добьюсь успеха.

Потому что это моя работа.

Потому что мне нужно доказать его невиновность.

Потому что я уже отчаянно хочу увидеть его снова.

Глава 5

РАФАЭЛЬ

— Теперь, когда первый этап нашего захвата завершён, нам нужно навести порядок в наших районах. Никаких трещин, никаких незакрытых хвостов. Любой, кто даже подумает о том, чтобы бросить нам вызов, должен обмочиться от одной мысли об этом. — Мой голос звучит в зале заседаний.

Я окидываю взглядом лица моих братьев, задерживаясь на каждом. Массимо кивает, его тёмные глаза сосредоточены на мне через стол. Рядом с ним пальцы Майкла летают по клавиатуре ноутбука, его лоб нахмурен в глубокой концентрации. Постоянный щёлк-щёлк действует мне на нервы.

Ради всего святого, он вообще слушает?

— Майкл, — рычу я. — Ты с нами, или мне отправить поисковую группу в твой забитый технологиями мозг?

— Ага, ага, — бормочет он, небрежно отмахиваясь, не отрывая голубых глаз от экрана. — Извини, бро, это решающий момент для HartSphere. Наше первое приложение вот-вот запустится, и мне нужно уничтожить как можно больше ошибок до релиза.

Я чувствую, как пульсирует жила на виске.

— О, конечно. Валяй, давай поставим это собрание на паузу, пока ты играешь в технического волшебника. Я уверен, что наши враги будут такими же терпеливыми. Упаси Боже, чтобы вся тяжёлая работа, которую ты вложил в разработку этого новаторского игрового приложения, пропала даром.

Я ожидаю, что мой сарказм пролетит мимо его головы — он обычно бессознателен, когда работает, — но его пальцы замирают на полпути, и он поднимает голову, хмурясь на меня.

— Ты либо полностью с нами, либо ты вне игры, Майкл, — напоминаю я ему. — В нашем мире нельзя сидеть на заборе.

— И я полностью с вами, Рафаэль. — Он бросает последний тоскующий взгляд на свой ноутбук, прежде чем закрыть его со вздохом, который, кажется, вырван из самой его души.

— Спасибо, — киваю я ему, зная, каких геркулесовых усилий ему стоило отключиться. HartSphere — его детище. Он только что основал компанию и полон решимости сделать всё правильно. Это одержимость, которую я понимаю слишком хорошо.

— Ладно, только покороче, — ворчит Майкл, переводя взгляд на свой телефон, который загорается на столе. Не смей. Но он снова удивляет меня и не тянется к нему.

— Фантастика. Теперь, когда мы все... — Слова замирают у меня в горле, когда дверь с грохотом распахивается. Я вскакиваю в ту же секунду, готовый разорвать того, кто посмел прервать нас, но мой гнев угасает, когда я вижу, кто это. Улыбка расползается по моему лицу, когда я жестом отпускаю встревоженного секретаря, стоящего позади нашего неожиданного гостя. — Fratello! Ты всё же решил почтить нас своим присутствием.

Пронзительные зелёные глаза Ромеро на мгновение останавливаются на мне, прежде чем перейти на других наших братьев.

— Вижу, вся банда в сборе. Знатный беспорядок вы устроили в городе, мальчики.

Массимо усмехается:

— В чём дело, Ромеро? Бесит, что пропустил всё веселье?

Я опускаюсь обратно на стул, когда Ромеро широкими шагами входит в зал заседаний и занимает место рядом с Майклом.

— Твоё предложение всё ещё в силе, Раф? — спрашивает он.

— Всегда, — отвечаю я без колебаний, подаваясь вперёд.

Два месяца назад я захватил контроль над нашим старым городом — Piccola Italia, она же Маленькая Италия. Опьянённый победой и жаждущий большего, я обратился к своим братьям и пригласил их присоединиться ко мне за высоким столом. В конце концов, какой смысл владеть таким большим городом, если я не могу разделить власть с людьми, которым доверяю больше всего в этом проклятом мире?

Я думал, они ухватятся за эту возможность. И Массимо, и Майкл ухватились, но Ромеро... он не был так решителен. Только что начавший свою блестящую карьеру крутого адвоката по уголовным делам, он не мог переварить идею присоединиться к другой стороне. До сих пор, похоже.

Что изменилось, fratello?

— Хорошо. — Он открывает свой портфель, достаёт толстую папку из манилы, затем скользит ею по столу ко мне. — Я хочу войти, но с одним условием.

— Называй, — говорю я, мой палец выбивает беспокойный ритм по папке. Мне любопытно, что внутри, но ещё любопытнее его условие. Что могло заставить мистера Правильного-и-Узкого отказаться от своей драгоценной этики?

— Мне нужна твоя помощь — всех вас — чтобы привлечь к ответственности одного больного преступника.

Я не указываю на иронию просьбы о помощи от нас, но Массимо указывает. Конечно, указывает.

— Некоторые сочли бы нас больными преступниками.

Майкл закатывает глаза.