Валлек ни на секунду не поверил в эту покорную скорбь — не после той взбучки, которую она устроила ему и Ульриху.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер. — От ее тихого голоса на шее и руках Валлека выступили мурашки. Боги, он уже представлял, как она будет шептать так же, пока он ласкает ее грудь. Интересно, какого цвета у нее соски? Темно-фиолетовые или розовые, как у человеческих женщин?

От этой мысли пах отозвался требовательным пульсом.

Он наблюдал, как она встает. Мгновение она разглядывала его — и лицо ее дрогнуло. Мгновение — и перед ним снова была прорицательница, которую он знал годами.

Зверь взревел от ярости: «Верни ее!»

— Это не должно ничего значить, — произнесла она все тем же тихим голосом. — Мы можем вернуться к тому, как все было раньше. Никто не узнает.

Валлек зарычал, сокращая расстояние между ними. К ее чести, она не отступила, даже когда он обхватил ее подбородок пальцами, заставляя задрать голову.

— В этих покоях, со мной, ты будешь носить свое настоящее лицо.

Здравый смысл шептал, что маскировка была бы разумной, по крайней мере сейчас, но он не желал об этом слышать. Не здесь. Он требовал ее истинного лица и всей ее красоты. Даже когда она смотрела на него волком — а именно так она и смотрела, когда морок спал.

Высвободив голову из его хватки, Равенна обошла его стороной.

Ее бегство Валлеку не понравилось.

— Зачем тебе фальшивое лицо?

Отойдя на безопасное расстояние, Равенна ответила коротко:

— Этот мир опасен для полукровок.

Это было правдой, но явно не всей.

Полукровки встречались чаще, чем многие признавали. Люди, хоть и были слабее, плодились как кролики, и их мягкие тела привлекали многих.

— Почему не осталась со своими? Среди людей или фэйри?

Ягодные губы сжались.

— Я и то, и другое, и ни одно из двух. Жить среди людей или фэйри для меня куда опаснее.

Валлек не был уверен, что верит ей. Хотя он видел фэйри нечасто, Равенна не казалась ему чужой. Возможно, чуть больше лилового, чем серого. И она не была костлявой. Некоторые фэйри напоминали живых скелетов с серой кожей, натянутой на острые кости.

Его Равенна была полна здоровья, плавных изгибов и ярких красок. Зверь одобрительно заурчал.

Но он не мог одобрить риск, которому она себя подвергала.

— И ты решила, что в крепости орков будет безопаснее? — Это не укладывалось в голове.

— В облике человека — да. Нет места надежнее, чем двор короля орков.

Гордость кольнула сердце, но он не дал ей вскружить себе голову.

— Логика от меня ускользает.

Она лишь пожала плечами. Пожала плечами!

Прежде чем она успела отвернуться, Валлек перехватил ее за руку. Она нахмурилась, и он готов был поклясться, что почувствовал, как что-то скользнуло между его пальцами. Видимых преград не было, но он ощутил невидимый клин, пытавшийся разжать его хватку.

Магия?

Валлек сжал пальцы крепче.

— Ты все мне объяснишь, скала. Я должен знать все, если хочу тебя защитить.

— Нет.

Он моргнул.

— Нет? — повторил он. — Это была не просьба.

— Рассказывать нечего. К тому же я прекрасно справлялась, пока ты не натравил своего пса рыться в моих вещах. — Ее тон сочился ядом. Валлеку явно стоило обсудить с Ульрихом его методы.

— Человеческая прорицательница среди орков заслуживала расследования, — резонно заметил он, скорее для себя, чем для нее.

— Я преданно служила тебе годами. Я не заслужила такого обращения. — В ее глазах вспыхнула неподдельная обида. Какой бы дерзкой она ни была, их с Ульрихом действия по-настоящему ранили его маленькую фэйри.

— Возможно. А возможно, и нет. — Притянув ее к себе за руку, он спросил. — Неужели ты правда не видела никакой невесты в моем будущем? Совсем никого?

Краска залила ее щеки — она лишь покачала головой, и это было лучшим ответом.

Соблазнительное мурлыканье зародилось в его груди. Ладонь скользнула к ее пояснице, прижимая к себе. «Вот так. Здесь твое место».

— Ты ревновала при мысли о другой? Видела себя рядом со мной?

Жилка на ее щеке дернулась, она стиснула зубы.

— Нет и нет, — процедила она.

Валлек усмехнулся.

— Не верю. — Он позволил руке скользнуть выше по ее узкой спине. — Хватит отрицать очевидное. Расскажи мне, скала, что ты видела о нас.

Упрямо вздернув подбородок, она проворчала:

— То, что ты сделал себя королем, еще не значит, что ты будешь получать все, что захочешь.

— Это именно это и значит, — промурлыкал он, склоняясь и касаясь носом ее макушки. — Больше ты мне не откажешь.

Вывернувшись из-под его губ, она оскалилась в подобии улыбки.

— А вот и посмотрим, — бросила она вызов.

Смесь разочарования и возбуждения ударила по нервам Валлека. Ноздри расширились, впитывая ее аромат, а член отозвался мучительной тяжестью.