Звуков тоже не было. Я выдернул лопату из земли и вытащил ее за пределы круга. Лезвие было чистым, но…

Внезапно открылся портал. На этот раз не было ни жужжания, ни треска. Весь пол внутри красного круга просто исчез. Тряпка из магазина полетела вниз, в Пустоту.

Сквозь дыру хлынул поток штор, они кружились по краям круга, но не могли его пересечь. Я отступил назад, чтобы посмотреть, как высоко они могут подняться. Оказалось, что примерно на четыре метра, намного ниже потолка.

Я отошел еще дальше. Это было все равно что смотреть на гигантский аквариум, только вместо воды в нем были шторы, только без аквариума. Я не хотел находиться рядом с этим местом.

С призрачным ножом в руке я смотрел, как они роятся, надеясь, что круг удержит их всех, и понимая, что, если не удержит, я мало что смогу сделать. Круг выдержал, и через несколько секунд шторы исчезли из нашего мира, а пол появился снова. Из угла доносился мужской голос, поющий по-испански о любви и смерти под аккомпанемент аккордеона и саксофона.

Со следующим мужчиной было не легче, но все закончилось быстрее. Я постарался повернуть его так, чтобы нож вошел под левое ухо, а не под правое. Я подумал, что так будет быстрее, и оказался прав. Когда шторы снова зашевелились, я повернулся к ним спиной и пошел к третьему мужчине, потому что к черту их всех. Они до смерти меня напугали, а я устал бояться. У меня ужасно чесались руки. Кулер с водой стоял в другом конце комнаты, но я не стал смывать с рук слизь. Мне казалось правильным, что я должен страдать во время этой работы. Эти мужчины заслужили. Где-то и как-то я пристрастился к самобичеванию. Когда последний мужчина исчез в Пустых пространствах, я прошел в дальний конец комнаты к кулеру. Он был наполовину полон. Я ополоснул руки и предплечья. Слизь, оставленная шторами, растворилась от прикосновения воды, но кожа все еще была раздражена. По спине стекал пот. По радио заиграла еще одна песня с непонятными словами. Я чувствовал себя ужасно, мучительно одиноким и в то же время был рад, что работаю один.

— Так вот что ты нам уготовил?

Я вскрикнул и отскочил в сторону, прижавшись спиной к стене. Метла и другие деревянные инструменты с длинными ручками с грохотом упали на пол. Это был Фидель. Он стоял в метре от меня, яростно почесывая шею. Он разделся до майки без рукавов и тех самых модных льняных брюк зеленого цвета. Мне не понравилась его горькая, отчаянная улыбка. Рядом с ним появились Саммер и Тай. Саммер была настроена решительно, но глаза у нее покраснели, как будто она плакала. Тай уставился на меня.

— Рэй, позволь мне спросить еще раз, — тихо произнес Фидель. — Ты с самого начала планировал поступить с нами вот так?

— Мы мог их видеть, — сказал Тай. Он высоко поднял раненое плечо и прижал руку к груди. Видимо, ожог сильно его беспокоил. — В основном. Мы знаем, кем они были.

— И ты их убил, — сказал Фидель. Он яростно чесал руку. Саммер делала то же самое. — Не думал, что в тебе это есть, малыш. Но зачем ты поместил их в этот круг призыва, а? Ты что, хочешь призвать ещё этих тварей.

— Круг нужен не для этого, — сказал я, но Саммер не дала мне договорить.

— Ты пытался помешать той женщине причинить вред Баду, но ты не пытался спасти ему жизнь. Верно? Ты просто хотел убить его здесь, чтобы вызвать еще больше этих тварей.

— Саммер...

— Я прав, Рэй. Просто признай, что я прав.

— Ты не понимаешь, — сказал я. — Как только этот символ исчезнет, вы станете такими же, как те парни, которых я вытащил из внедорожника. Как долго у вас чесались руки?

Саммер перестала чесать руку.

Тай взглянул на Фиделя.

— Он сказал, что они начнут нас есть.

— Что за чушь, — сказал Фидель.

— Как только ты умираешь, они уносят тебя и впускают в наш мир других. Если ты умираешь за пределами круга…

— Это чушь собачья, Рэй!

— Они освобождаются! — Я закричал на него. — И они делают это с другими людьми!

— К черту других людей! — Фидель наклонился к моему лицу. — Я должен следить за собой!

Я чуть было не сказал: "От тебя ничего не осталось", но сдержался. Он загнал себя в опасную ловушку и не видел выхода. Я ему сочувствовал.

На лице Тая читалась неуверенность. Я думал, что убедил его в том, что штора его убивает, но было очевидно, что он не хочет в это верить. Он все еще искал выход.

— Это Арно велел тебе так сказать?

— Где Арно?

Фидель и Саммер закатили глаза. Тай ответил:

— Он сказал, что мы должны встретиться с ним здесь. Он сказал, что все уладит.

Арне привел их к себе, дав им ложную надежду. Может, мне стоило поступить так же. Может, мне стоило соврать. Это было бы проще, чем сейчас.

Но чего я ожидал? Они не собирались выстраиваться в круг, как жертвы расстрельной команды.

— Рэй, — голос Фиделя был тихим и настойчивым. — Твой добрый друг Уолли сделал тебя пуленепробиваемым?

— Нет, — выпалил я с большей злостью, чем хотел.