После инцидента с холодильной камерой для молочных продуктов, который был крайне неуместен для простого мясника или члена руководства, мои новые обязанности официально начались с того, что разъяренный клиент накричал на меня по телефону из-за ГМО. У этой дамы трусы застряли в трещине, потому что она погуглила и узнала, что полностью натуральное мясо содержит проклятые ГМО. Я обработал звонок, как мне казалось, идеальным сочетанием выдержки и грации, несмотря на то, что меня несколько раз назвали мошенником, и даже сумел приберечь ругательства и оскорбления до того момента, как повесил трубку. Сразу после этого меня отыскал пожилой джентльмен, который был в мужском туалете и обнаружил пустой диспенсер для бумажных полотенец после мытья рук. Ситуацию легко было исправить, но он никак не мог успокоиться, пока не убедился, что я понимаю, что такого никогда бы не случилось "в его время". Меня это особо не беспокоило, пока внезапно не стало моей проблемой то, что он стал вытирать руки о штаны – если бы остались какие-нибудь пятна, которые невозможно было отстирать, я бы получил счет.

Вот такой была роль ночного менеджера. Я начал думать, что ежедневное общение с этими людьми сведет меня с ума, но блядь, те три доллара, которые прибавили к почасовой ставке, были очень нужны. Я это вытяну.

Следующим делом, которое потребовало внимания, стал мой собственный голод, от которого я становился несколько раздражительным. Я забыл про обед, и каждый раз, когда думал, что наконец уйду на перерыв, меня отвлекало что-то еще. От предыдущих менеджеров я знал, что это обычное дело, так что не собирался вступать в новую роль с нытьем и жалобами.

Заменив бумажные полотенца в мужском туалете, я вышел и сказал Джину, что пройдусь по магазину, чтобы посмотреть, не нужны ли кому-то из моих новых подчиненных услуги ночного менеджера, а потом пойду на перерыв. Само собой, Джин спросил, может ли он сначала быстро покурить. Я сказал ему просто идти и что я временно оставлю мясной прилавок без присмотра, пока буду делать обход.

Bечер обещал быть тихим: по магазину бродила лишь горстка покупателей. Выглянув в витрину, я понял причину этого: небо затянули апокалиптические тучи смерти. С точки зрения погоды, это был довольно хороший день, но, святой хер, какая буря надвигалась. Плохая погода летом означала плохие продажи.

Я прошел мимо Тэми и Алиссы в ряду с консервами; они усердно раскладывали товар. Они ничего не сказали вслух о том, что произошло в молочном холодильнике, но подмигнули и послали воздушные поцелуи, когда я проходил. Внезапное воспоминание о том, как Тэми показала мне свою свежетатуированную "киску", сотворило чудеса с моим постепенно портящимся настроением.

Потом я зашел к киоску готовой еды, где все, казалось, шло как надо. Райли, который по сути вел этот отдел, мешал фасолевый салат за прилавком и слушал ток-шоу про оружие. 

- Как дела, Райли? - спросил я.

- Неплохо, Дойл, - ответил он. - Хотя похоже, на наши права по второй поправке[3] все еще нападают.

- Ну, не думаю, что могу тебе с этим помочь, - сказал я.

- Еще как можешь, - сказал Райли довольно настойчивым тоном.

- Каким образом? - спросил я, не понимая, зачем вообще подыгрываю.

Обсуждение политики на работе очень против моего кодекса этики.

- Голосуй за республиканцев.

- Я так и знал, что ты это скажешь.

- Может, поможешь с чем-то еще, - сказал Райли. - Раз ты теперь менеджер, может, убедишь начальство нанять мне хоть какого-то гребаного помощника.

- Слухи распространяются быстро, - рассмеялся я. - В любом случае, раз я знаю, что тебе нужна помощь, и теперь моя обязанность следить, чтобы все получали перерывы, я пришел узнать, не нужно ли мне постоять за прилавком, пока ты отойдешь.

- Херня, - фыркнул Райли, а затем сделал вид, что огляделся по сторонам, как будто только что услышал голос. Он часто так делал. Я никогда его об этом не спрашивал. Парень явно повидал дерьма в армии, о чем часто нам напоминал. - Три срока во Вьетнаме, Дойл. Думаешь, у нас там были перерывы?

- Нет, полагаю, нет. Пойду закончу обход.

- Все равно спасибо!

Беглый взгляд на салат-бар показал, что в помощи администратора тоже нет необходимости. Так поздно салат-баром никто не занимался, а обновление лотков, похоже, не было обязанностью кого-то одного, кроме ночного менеджера. Я, наверное, мог бы доложить нарезанную свеклу, но магазин закрывался меньше чем через два часа, а спрос на свеклу в салат-баре был минимальным.

Наконец я мог пойти на перерыв.

Но тут я наткнулся на довольно странное зрелище: двое парней бродили по отделу выпечки с озабоченным видом. Тито, продавец выпечки, не обращал на них внимания, стоя за прилавком и уставившись в телефон. Мне следовало сделать ему замечание, но я сам был виновен в том же нарушении не меньше любого другого.

Одежда этих мужчин была довольно странной, возможно даже страннее их поведения. Черные костюмы, солнцезащитные очки и фетровые шляпы в тон. Это что, "Люди в черном" или что? Летом у нас всегда была более чокнутая клиентура.

- Mогу я вам чем-нибудь помочь, ребята? - спросил я, подходя к ним.

- Возможно, - сказал один из них. - Вы менеджер магазина?

- Именно так, - ответил я. - Ну, я - ночной менеджер. Управляющих магазинами в большинстве мест уже особо нет. Знаете, управляющие получают больше. Ночные менеджеры и руководители групп получают те же обязанности, но без дополнительной оплаты. Разве это не...

- Нам хватило бы простого "да", - сказал один из черноодетых. Я заметил, что у него, как и у его друга, на лбу выступил пот. - Нам нужно, чтобы вы закрыли магазин и отправили всех домой как можно скорее.