- Мои руки и ноги были прикованы к кресту, я не мог пошевелиться, не мог ничего сделать сам. Но ты сказал, что со мной ничего не случится, что ты позаботишься обо мне, и я просто... так сильно этого хотел. Я так сильно этого хочу.

      - Чтобы кто-то другой взял на себя ответственность?

      - Да.

      - Чтобы кто-то позаботился о тебе. - Позаботился о твоих потребностях, помог познать себя. Дом.

      - Да. Чтобы исчезли сомнения. Чтобы тревога ушла.

      - Тревога.

      - О том, что останусь один. О том, что никогда не найду...

      - Семью. - Он не хотел вкладывать слова в уста мальчика, но он знал. Он точно знал, о чем говорит ему Никки.

      - Да.

      - Когда кто-то говорит тебе, что ты - свой.

      О, Боже.

      Никки не просто напоминал ему того юношу, каким он сам был когда-то - мальчишку из приюта, которого много лет назад спас его наставник. Никки, по сути, и был тем самым юношей.

      - Да. - Никки сел и посмотрел на Бредфорда, в его сапфировых глазах читалось удивление.

      - Кто-то, кому ты доверяешь.

      - Я доверяю тебе.

      - Спасибо, мальчик. - Внутри он ликовал. - Значит, в тот момент ты поверил, что я позабочусь о тебе, что я буду оберегать тебя.

      - Я понял, что у меня нет выбора, поэтому я просто… и это было так… я почувствовал себя таким легким. Я был привязан к кресту, но чувствовал себя таким свободным. - Никки вздохнул и снова приник светлой головой к его груди. - Ты заставил меня почувствовать себя свободным.

      Он был совершенно прав, и в то же время немного ошибался насчет этого мальчика. Несмотря на все свои тщательные размышления, он так и не приблизился к пониманию Никки. Крест не оказался для мальчика непосильным испытанием. Совсем нет. Напротив, он стал трамплином к более глубокому самопознанию. Никки был способен на такую ​​покорность, суть которой только начинал постигать, и Бредфорд не мог дождаться, чтобы погрузиться в это глубже.

      - А душ?

      Никки покачал головой.

      - Не знаю. Я хотел принять душ. Но как только залез внутрь, просто продолжал убавлять холодную воду, пока совсем ее не выключил. Не знаю, я особо не думал, я просто… сделал это.

      Он знал. Он точно знал: пришло время вовлечь мальчика в настоящую сцену. По-настоящему серьезную. Погрузить его в процесс и вытащить из плена собственных мыслей.

      Он обнял Никки и провел пальцами по влажным волосам мальчика.

      - Никки, я хочу поговорить с тобой кое о чем, но не сейчас. Не сейчас, когда ты в таком эмоциональном состоянии. Может, через пару дней, когда тебе станет лучше, ты снова поужинаешь со мной?

      - О, конечно. Ужин - это отлично.

      Бредфорд улыбнулся.

      - Хорошо.

      Никки вздохнул.

      - Я умираю с голоду.

      Бредфорд рассмеялся. Ах, стать бы снова двадцатилетним, когда, несмотря ни на что, твой желудок все еще остается главным приоритетом.

      - Тогда давай возьмем тебе бургер, мальчик.

      

Глава 11

      Бредфорд очень любил устраивать вечеринки, и, как и любой хороший Лев, он любил и свой день рождения. Середина июля означала, что пора начинать подготовку к грандиозному празднованию. Каждый год он устраивал роскошную вечеринку - всегда с новой тематикой и часто с приглашенными артистами. В этот раз он решил провести пышный черно-белый бал-маскарад: Домы - в черном, сабы - в белом.

      Лето обычно было самым спокойным сезоном для клуба, и жаркие месяцы тянулись без особых поводов для празднований. Ближе к концу августа члены клуба возвращались из своих летних убежищ, стремясь вновь наладить контакты и окунуться в клубную жизнь. Это было идеальное время для вечеринки.

      Но всего через день после того, как Никки совершил настоящий прорыв в своей роли сабмиссива, Бредфорд не мог сосредоточиться на праздничных хлопотах. Он закрыл папку на столе и постучал по ней пальцами, безуспешно пытаясь очистить голову.

      Зазвонил рабочий телефон - вызов шел по внешней линии, и Бредфорд знал, что трубку снимет Леви. Однако мгновением позже завибрировал его личный телефон.

      - Меня?

      - Да, сэр. Ной Долан, сэр.

      - О, господи… я забыл перезвонить ему. Спасибо, Леви, я отвечу.

      - Да, сэр. Четвертая линия.

      Бредфорд вздохнул и покачал головой. Ной был недоволен своим последним опытом в клубе и уже был близок к тому, чтобы отказаться от членства. Потеря такого игрока, как Ной, могла бы нанести ущерб бизнесу и просто стать дурным тоном в личном плане.

      - Добрый день, Ной, - спокойно сказал Бредфорд.

      - Мастер Бредфорд. До тебя трудно дозвониться.

      - Полностью моя вина, Ной. Я был занят с сабом, который сейчас переживает очень непростой период, и это меня отвлекло.

      - Надеюсь, с ним все в порядке?