Лисбет молчала, радуясь тому, что вызывает в нем такие чувства, но он и не ждал ответа. Не сводя с нее тяжелого взгляда, граф продолжил:

- Но сейчас не об этом. Я пришел предупредить вас, чтобы ни единого слова о нашей семейной жизни не вылетело из вашего рта. Если я узнаю, что вы рассказываете о наших отношениях или, не приведи Господь, жалуетесь – пеняйте на себя. Я превращу вашу жизнь в ад. Поверьте, это я умею делать так изощренно, что вы будете молить о пощаде. Посмотрите на меня.

Лисбет подняла на него глаза и приложила максимум усилий, чтобы на ее лице не отразились ненависть и презрение к этому человеку.

- Вы поняли? – его губы скривились, а брови сошлись на переносице. – Отвечайте.

- Я поняла, ваша светлость, - покорно ответила девушка, опустив глаза. – Можете не переживать по этому поводу.

- Вот и хорошо, - Леопольд поднялся и перед тем, как выйти, повернулся и добавил: - И вот еще что, приведите себя в порядок. Мне бы не хотелось, чтобы в обществе ходили разговоры о вашем внешнем виде.

Он ушел, а Лисбет не сдержавшись, зарыдала, чувствуя себя одинокой и слабой перед надвигающейся бедой.

Когда в дверь постучали, девушка уже почти успокоилась, лишь покрасневшие глаза и нос, выдавали, что она недавно плакала.

- Да, войдите, - крикнула она и отвернулась, когда в комнату вошла служанка, приставленная к ней.

Это была молоденькая девушка с привлекательной внешностью, но, как и у остальных здесь, ее лицо носило печать страха, разъедающего изнутри.

- Ваша светлость, - раздался ее тихий голосок, и Лисбет раздраженно взглянула на нее.

- Чего ты хочешь?

- Мне нужно поговорить с вами, - это прозвучало с такой мольбой, что девушка не выдержала и повернулась к ней.

Служанка стояла возле кровати, прижав к груди натруженные руки, и в ее глазах блестели слезы.

- Я слушаю тебя, - Лисбет почувствовала жалость к этой почти девочке, потому что прекрасно понимала, как тяжело здесь приходится молодым служанкам. Раньше такие вопросы никогда не заботили ее. Слуги — это просто те, кто обязан удовлетворять ее прихоти и желания.

- Я слышала, что вы едете к матушке на праздники, - давясь слезами, сказала она, огдядываясь на двери. – Прошу вас! Возьмите меня с собой!

- Ты в любом случае поедешь со мной, - Лисбет встала и подошла к ней. – Я должна путешествовать со служанкой. Но что случилось? Расскажи мне.

- Мне так страшно, что граф узнает о нашем разговоре… - прошептала бедняжка, и Лисбет усадив ее в кресло, твердо сказала:

- Я клянусь тебе, что никто не узнает о нем.

- Спасибо, ваша светлость! – служанка кинулась целовать ее руки, а потом тихо произнесла: - Я ведь знаю, что граф жесток с вами. Но вы даже не можете представить себе, насколько он жесток с нами, бесправными слугами… Насилие, побои... Но самое страшное творится в черной башне – оттуда еще никто не выходил живым. Много наших сгинуло за ее каменными стенами.

Лисбет холодела от ужаса, слушая ее, и желание бежать отсюда, становилось все сильнее.

- Как зовут тебя? – спросила она, совершенно не помня имени девушки.

- Марджа, ваша светлость, - всхлипнула она и снова кинулась целовать ей руки, повторяя лишь одно: - Пожалуйста… пожалуйста…

- Погоди, - Лисбет схватила ее за плечи и, набравшись смелости, спросила: - Ты знаешь извозчика, который будет править экипажем?

- Да, - служанка взглянула на нее заплаканными глазами. – Это мой брат – Митч. Граф выбил ему глаз, когда парню исполнилось двенадцать. Он попал под его пьяную руку.

Это могло стать ее спасением, и Лисбет поблагодарила Бога за то, что он в эти святые праздники, дал ей шанс.

- Ты хотела сбежать? Скажи честно? – Лисбет приподняла лицо девушки и та отвела взгляд.

- Нет… я… я просто хотела… - служанка замялась, не зная, что солгать, но девушка успокоила ее:

- Послушай, мы можем сделать это вместе.

Бедняжка замерла, и ее глаза увеличились в размерах. Она снова испуганно посмотрела на дверь и прошептала:

- Но ваш муж будет искать вас!

- Не будет, если заставить его поверить, что мы мертвы, - Лисбет произнесла это и в этот же момент поняла, что пути назад нет. – Ты можешь поговорить с братом?

- Да, - закивала Марджа, утирая слезы. – Я поговорю с ним, а потом приду к вам!

- Только не тяни. От этого зависит наша жизнь.

Служанка ушла, а Лисбет принялась ходить из угла в угол, дрожа от страха и возбуждения. Господи… это было бы самым лучшим выходом!

Можно было выручить неплохие деньги за драгоценности, которые подарил ей Леопольд и прожить на них какое-то время, затерявшись в провинции. Но как убедить мужа, что ее нет в живых? Скорее всего, ее будет сопровождать охрана и это усложнит задачу. Нужно дождаться Марджу, а еще лучше – самой поговорить с ее братом.

- Не бойся, я не дам тебя в обиду, - прошептала Лисбет, гладя живот. – Никто не посмеет даже пальцем прикоснуться к тебе.