Мы едем по тихой дороге, когда Эммет останавливается передохнуть, не выключая двигатель и отстегивая мой ремень.

Поскольку Блейк сидит прямо за мной, места достаточно, чтобы он отодвинул своё сиденье максимально назад.

– Иди, сядь ко мне на колени, Билл.

– Я думала, мы договорились не прикасаться друг к другу?

Что-то в том, что я только что сказала, подстегивает его. Он тянется через центральную консоль, переплетает свои пальцы с моими и осторожно притягивает меня к себе.

Я не сопротивляюсь, жгучее предвкушение становится сильнее, когда я опускаюсь коленями по обе стороны от его бедер и чувствую, как сводит его с ума наша близость.

Убирая несколько прядей волос, выбившихся из моего пучка, Эмметт снимает свою кепку и надевает её мне на голову, любуясь тем, как она смотрится на мне.

– Не проходит ни дня, ни часа, ни минуты, чтобы я не думал о тебе и Блейк. Когда я готовлюсь выйти на лед, мне хочется, чтобы вы были в семейной ложе. Когда я готовлю свой утренний протеиновый коктейль, я думаю о том, что ты ешь на завтрак и удалось ли тебе выспаться этой ночью. Я постоянно думаю о тебе, и моя одержимость становится только сильнее.

Мои пальцы сами тянутся к завязкам его синего худи, и я отвожу взгляд вниз, нервно крутя их между пальцами.

– Посмотри на меня, мамочка.

Я опускаю завязки и делаю то, что он велел.

– Я все время думаю о тебе, – признаюсь я. – Это похоже на то, что когда мы физически не находимся в одной комнате, мы все равно каким-то образом связаны.

Эммет опускает губы к нижней части моего подбородка, оставляя нежный поцелуй на моей коже.

Я закрываю глаза от этого ощущения, представляя, каково это – чувствовать его губы на своих или даже между своих бедер. У меня нет особого опыта, когда дело касается парней, но я знаю, что он мог бы – и будет – потрясать мой мир всю ночь. Невозможно питать такого рода чувства и не переносить их в спальню.

– Я чертовски напуган, – признается он дрожащим от неподдельного страха голосом.

– Чем? – шепчу я, уткнувшись в его мягкие волосы.

Честно говоря, мне не нужен ответ. Опасность, с которой мы столкнулись, стала очевидной с той секунды, как я вошла в гостиную своих родителей в тот роковой февральский день.

Он отстраняется, в его глазах тревога.

– Когда Скотт на днях зашел ко мне домой, он заговорил со мной о тебе и Блейк, и я хотел рассказать ему всё. Скрывать такое от своего лучшего друга – это наихудшая форма предательства. Но осознание того, что в ту же секунду, как я признаюсь в своих чувствах, начнётся настоящий ад, не оставляет мне другого выбора, – он делает глубокий вдох, наполняя лёгкие воздухом, а затем медленно выдыхает. Тёплая струя его дыхания касается моих губ, жаждущих его поцелуя. – Я схожу с ума, Билл. Каждый раз, когда придумываю очередной предлог, чтобы увидеться с тобой, я подвергаю тебя опасности и поступаю эгоистично.

Я качаю головой на его последние слова.

– Ты не эгоистичен, ты ведешь себя как живой человек.

Его руки обхватывают мои бедра, точно так же, как на кухне моих родителей.

– Если бы обстоятельства были другими, ты знаешь, сколько раз я бы заставил тебя кончить, пока ты не увидела бы звезды? – он опускает руку к поясу моих леггинсов, проводя кончиками пальцев. – Снова и снова, просто чтобы я мог утолить свою зависимость.

Всё моё тело напрягается, словно умоляя его зайти дальше.

– Прикоснись ко мне, Эммет.

Направляя свою руку дальше, он опускает пальцы ниже, дразня тонкую ткань моих трусиков.

Я утыкаюсь лицом в изгиб его шеи, молча желая, чтобы его рука скользнула по мне.

– Я сейчас веду самую тяжёлую битву в своей жизни, – его голос звучит глухо и тяжело, а сердце бьётся так сильно, что хватит на нас обоих. – Я никогда в жизни ничего так сильно не хотел, – он проводит пальцем по моей киске, чувствуя, какая я влажная. – Ты так чертовски идеальна для меня.

– Ты тоже идеален для меня, – выдыхаю я, пульс учащается.

Его пальцы перемещаются к краю моих трусиков, мягко скользя под шов, но всё ещё слишком далеко от моей киски.

Я знаю, что он чувствует мой жаждущий жар и слышит низкий стон, вырывающийся из моего горла.

Блейк всё ещё крепко спит, и у нас есть время изучить друг друга, не опасаясь быть пойманными.

– Прикоснись ко мне, – я пытаюсь ещё раз направить его пальцы туда, где я их хочу.

Он откидывает голову назад, и я знаю, что если бы не Блейк, он позволил бы своему разочарованию вырваться наружу.

– Почему? – он не обращается к кому–то конкретно. – Почему вся эта ситуация не могла сложиться по-другому?

Обхватив ладонью его затылок, я осторожно возвращаю его взгляд к своему, и слезы наворачиваются мне на глаза.