Белое платье струится вокруг меня, как вода, костюм для роли, которую я никогда не думала, что буду играть. Часы профессионального стайлинга превратили меня в ту, кто выглядит так, будто принадлежит этому миру власти и привилегий.

Тонкий макияж, замысловатые косы, венчающие мою голову, словно из исторической драмы... Я выгляжу прямо как из «Аббатства Даунтон»!

Чем ближе мы подходим к арке впереди, тем больше Данте открывается мне. Его темно-серый костюм сшит на заказ для этого случая, с жилетом, который сидит на его широкой фигуре как перчатка.

Он выглядит шикарно!

Я улыбаюсь моим мальчикам, и Алессио посылает мне игривый подмигивающий взгляд. Он сам выглядит довольно элегантно в изящном темно-синем костюме. Хотя он всегда выглядит шикарно, черт возьми. Такой стиль.

Мой взгляд сужается до Данте. Я иду к нему, чтобы быть его — сейчас и навсегда, его по закону.

После всех усилий, которые потребовались, чтобы организовать это событие, я рада, что большой день наконец настал.

Люди всегда говорят, что свадьбы — это много работы, но это преуменьшение. Даже года было недостаточно, чтобы все это спланировать.

Я быстро поняла, что организация мероприятий — это не мое представление о веселье, и Данте выложил кругленькую сумму на свадебного организатора. Деньги потрачены не зря, это точно.

Другие вещи? Возможно, не так хорошо потрачены. Но кому какое дело?

Нужен ли мне был восьмиярусный торт на свадьбу? Торт выше моего роста 160 см? Абсолютно.

А как насчет лесных сцен со свечами в качестве центральных украшений на банкете? Ага.

Мой девиз был прост: если деньги не проблема, почему бы не размахнуться? Мне нравилось тратить деньги Данте, и ему, казалось, нравилось смотреть, как я это делаю. Взаимная выгода.

Я просто хочу, чтобы формальности закончились, чтобы я могла проснуться миссис Фера, La Donna2 Фера, как мой жених любит меня называть.

Стать королевой империи Фера в 27 лет не кажется таким уж плохим достижением в жизни. Конечно, я в конце концов получила диплом и достигла некоторых других мелких вех, но это, безусловно, мое самое выдающееся достижение — приручить неприручаемого Короля.

После того, что кажется вечностью, но на самом деле является длиной одной песни, мы добираемся до начала травяного прохода, и Эмилио занимает свою отрепетированную позицию шафера рядом со своим Доном.

Алессио тянется ко мне раньше, чем Данте, легко целуя меня в щеку. — Così bella, cara mia. (Так красиво, моя дорогая.) Наконец, после почти четырех лет с Данте, мой итальянский достаточно хорош, чтобы понимать, если они не говорят слишком быстро или не используют слишком много сленга.

Вегасский Шут отступает в сторону, позволяя моему будущему мужу, бесстрашному Дону Фера — у которого, по правде говоря, много страхов — взять меня за руку.

— Tesoro3, — это все, что говорит Данте, его глаза поблескивают в уголках едва сдерживаемыми слезами.

Он подносит мою руку к губам, и мое сердце наполняется. Может ли этот момент быть более совершенным?

Последние ноты Chop Suey! доносятся от фортепиано, и все занимают свои места.

Теперь мне нужно пережить скучную часть, где какой-то старик читает священный текст и заставляет меня обещать кучу старомодных вещей.

Но все, чтобы быть Данте. В горе и в радости, защищать — что очень важно в этом бизнесе.

Сосредоточься, Даника.

Священник в белой одежде начинает говорить, официально приветствуя всех. Я все еще думаю, что это странно, что кто-то еще носит белое на моей свадьбе, но Данте сказал, что это не так уж странно; это стандартное облачение священника.

Интересно...

— Ложись!

Первый выстрел разбивает мир, как бьющееся стекло, обрывая священника (и мои мысли) на полуслове.

На долю секунды мой мозг отказывается это обрабатывать.

Пытается классифицировать это как что-то другое.

Хлопок автомобиля.

Пробка от шампанского.

Что угодно, только не то, чем это было.

Затем руки Алессио на мне, с силой пригибают меня вниз, так что мои колени ударяются о траву сквозь слои белого шелка.

Букет взрывается при ударе, лепестки роз разлетаются, как капли крови.

Вокруг меня только крики и новые выстрелы — так много выстрелов.

Этого не происходит. Этого не может быть.

Вес Алессио наполовину прикрывает меня. Я чувствую запах его одеколона, резкого и знакомого, смешанного с порохом.

Время растягивается, как ириска. Сквозь хаос я вижу их — темные фигуры, врывающиеся со стороны сада, с поднятым оружием. Двадцать? Больше?

Их лица скрыты масками, но их намерения ясны. Мое свадебное платье внезапно кажется мишенью, ярко-белым на зеленом газоне.

Где Данте? Эта мысль повторяется в моем разуме, срочная, неотступная. Я пытаюсь повернуться, чтобы найти его, но Алессио удерживает меня. — Оставайся здесь, cara, — шипит он мне в ухо, осматривая периметр.

Еще выстрелы.

Кто-то кричит — высоко, испуганно.

Отчаянный лай Бискотти прорезает шум, настойчивый, срочный. Но звук далекий. Я надеюсь, это значит, что он в безопасности.

Какого черта происходит?