Он перемещается среди гостей с механической точностью, принимает рукопожатия без тепла и отвечает на вопросы фразами, которые звучат не просто отрепетированно, а как заготовленные шаблоны — слово в слово. Шлем он так и не снимает. Ни на секунду не расслабляется. Это чистая игра без капли личности, героизм без капли человечности.

И, разумеется, все в полном восторге, ведь люди всегда обожают новую игрушку, даже если старая всё еще отлично работает.

— Он невероятен, правда? — восторженно лепечет стоящая рядом дамочка, указывая бокалом в сторону Парагона. — Столько таинственности. Такая мощь. Моя дочь уже сходит по нему с ума.

— Да, — отвечаю я. — Невероятен.

Я вежливо извиняюсь и ухожу в тихий угол у окна, глядя на город, который поклялся защищать. Солнце садится над Гудзоном, окрашивая всё в золото и багрянец, и на мгновение я позволяю себе почувствовать себя маленьким. Я просто человек в костюме, застывший перед видом, который он не заслужил, и впервые задающийся вопросом: в чем на самом деле его предназначение?

Чертовски глубокие мысли для благотворительного вечера.

На моем запястье вибрируют часы. Сообщение с неизвестного номера. Не голограмма, обычный текст.

| Это было впечатляющее шоу. Поужинаем завтра? У меня есть вопросы.

Я не узнаю номер, но точно знаю, что это Мия. Должно быть, выудила контакт у Джулии.

Прежде чем я успеваю начать сомневаться, печатаю ответ:

| У меня есть ответы. Называй место.

Она отвечает мгновенно:

| Где-нибудь без кураторов. И без камер. И без этой штуки в черной броне. Дай знать, если мне понадобятся таблетки от лактозы.

Я невольно улыбаюсь.

| Договорились.

Я прячу телефон в карман и снова смотрю на зал. Джулия представляет Парагона мэру; её рука снова покоится на черной броне с нескрываемой гордостью. Моя замена. Мой конкурент. Новая глава в видении «Глобал Динамикс» о лучшем завтра.

Но завтра вечером я не буду здесь в роли марионетки.

Я буду с ней.

И этот раунд я выиграл.

ГЛАВА 11

ДЖУЛИЯ

Джулия Ван Вин сидит в своём личном кабинете на шестьдесят втором этаже штаб-квартиры компании «Глобал Динамикс». Манхэттенский горизонт мерцает за её спиной, словно корона, которую она давно заслужила. Свет приглушён, дверь заперта.

На настенном экране видно, как Авангард пододвигает молочный коктейль по липкому столу закусочной к Мие Бакстер — и что-то в груди Джулии сжимается, словно кулак.

Она наблюдает, как он наклоняется вперёд. Его взгляд следит за движениями журналистки: за тем, как она наклоняет голову, как изгибаются её губы вокруг соломинки. Как он улыбается. Как горят его ледяные голубые глаза. Это не отрепетированное выступление перед камерой, которому она его научила, — а что-то подлинное.

Что-то настоящее.

Что-то, чего она никогда не видела по отношению к себе.

Но, боже, как она этого хотела.

Джулия ставит запись с камер видеонаблюдения на паузу, замораживая кадр с его лицом. Это лицо и без того было красивым и не нуждалось в улучшении, но всё остальное в нём она вылепила, словно из глины. Она потратила четыре года на создание генетических модификаций, превративших его тело в оружие, в первого в мире супергероя, — и на обучение, которое превратило сломленного солдата в символ надежды Америки. Она взяла великого человека, которым был Нейт Уитейкер, и сделала из него нечто большее. Нечто выдающееся.

Он идеален. Она сделала его идеальным.

А теперь он смотрит на какую-то девушку так, будто она ему луну с неба достала.

— Воспроизвести заново, — говорит она, и запись начинается снова.

Она просмотрела это уже одиннадцать раз. При каждом просмотре открывается что-то новое: то мимолётное выражение лица, то изменение позы, или то, как расширяются его зрачки и раздуваются ноздри, когда журналистка смеётся. Джулия фиксирует каждую деталь с той клинической точностью, которая сделала её ведущим нейробиологом своего поколения.

Мия Бакстер красива очевидной красотой: тёмные волосы, тепло-карие глаза, выразительные брови и пухлые губы. Джулия снова открывает её досье на втором экране. Королевский колледж Лондона, двойная степень, публикации в различных международных изданиях. Чистая биография. Почти слишком чистая — но, с другой стороны, она привыкла работать с беспринципными людьми.

Однако её беспокоит то, как ведёт себя Авангард.

За годы после его усовершенствования она и раньше видела его с женщинами, с моделями, актрисами, светскими львицами, которые бросались на золотого мальчика Америки. Поначалу он иногда поддавался искушению, в конце концов, у него есть определённые влечения, те самые влечения, которые в «Глобал Динамикс» предпочли бы замять, но он никогда не отвлекался, никогда не позволял никому проникнуть ему под кожу.

До сих пор.