Позади, там, где я оставил Марселиуса, послышались громкие приступы рвоты. Ему досталось куда сильнее, чем мне.

И отлично.

Если его вывернет до смерти, я не расстроюсь.

Я медленно повернулся вокруг своей оси. Со всех сторон доносилось пение птиц и далёкий шум реки или ручья. Нас окружали лиственные деревья, среди которых кое-где возвышались хвойные.

Где мы, чёрт возьми?

Марселиус издал хриплый, сиплый рык.

Я резко обернулся как раз в тот момент, когда он, пригнув голову, понёсся на меня, словно обезумевший бык. Я попытался уйти с его пути, но он всё же задел меня плечом. Мы оба покатились по земле.

Он успел нанести мне всего несколько слабых ударов по лицу, прежде чем я перевернул его на спину. Прижав Марселиуса к лесной земле, я удерживал его за исцарапанные и покрытые синяками руки.

— Хватит драться, Марселиус. Мы больше не в Риме.

— Мне плевать, где мы. Я хочу, чтобы ты сдох. — Его лицо исказила уродливая гримаса. Он извивался подо мной, но сил у него почти не осталось. — Что натворила твоя маленькая шлюха? Почему мы здесь?

Я размахнулся и ударил его кулаком.

— Никогда больше не называй Оливию так.

Марселиус сплюнул кровь.

— Думаешь, если я назову её твоей подстилкой, будет лучше? Какого хуя она сделала, чтобы вытащить нас из Рима?

Я снова занёс кулак, собираясь ударить его ещё раз, но вовремя остановился.

Бесконечная драка ни к чему нас не приведёт.

Я слез с него и поставил обутую в сандалию ногу ему на голую грудь.

— Мы не можем позволить себе и дальше тратить время на драку. Нужно понять, где мы оказались и как нам выжить. Потому что мы явно очень далеко от Рима.

Марселиус дёрнул меня за ногу, пытаясь вывести из равновесия.

Но он потерял слишком много крови и получил слишком много ран, чтобы сейчас справиться даже с кошкой.

По правде говоря, я и сам был ненамного лучше — ему удалось оставить на мне несколько глубоких, болезненных порезов.

— Да заткнись ты уже. Нам нужно во всём разобраться. Как это вообще ты умеешь путешествовать во времени? — Я мрачно смотрел на него сверху вниз.

— А как это ты умеешь путешествовать во времени? — парировал он.

Из-под опавшей листвы блеснуло лезвие. Я убрал ногу с груди Марселиуса, подошёл к нему и поднял его с земли. Это был второй кинжал для путешествий во времени — тот самый, который, как я думал, принадлежал Маркусу, моему бывшему лучшему другу, которого мне пришлось убить. Тому самому человеку, которого я считал своим настоящим братом-близнецом. Но если это был кинжал Маркуса, он не смог бы перенести Марселиуса в другое место. Кинжалы Рождённых временем появляются на свет одновременно с нами. Насколько мне известно, каждый из них принадлежит только своему владельцу.

Марселиус издал ещё один сдавленный крик, вскочил с земли и бросился к кинжалу.

Я поднял его повыше, удерживая вне досягаемости, и другой рукой оттолкнул Марселиуса.

Он потерял равновесие и рухнул назад.

— Отдай его мне! — проревел он, пытаясь подняться. Его движения были неловкими и неуклюжими, когда он наконец оказался на ногах и снова кинулся ко мне. — Где ты его взял? В Риме, я имею в виду.

— Похож на тот, что мы с Оливией нашли в моей тюремной камере. Он был спрятан в тайнике, выдолбленном в каменной стене. — Я поднял кинжал высоко над головой.

— Он мой! Это раньше была моя камера в гипогее. Отдай его мне.

Собрав остатки сил, он прыгнул на меня, выбив кинжал из моей руки. Он тут же метнулся к нему и схватил.

— А теперь я убью тебя.

Он ринулся на меня, рассекая клинком воздух.

Раздражённо зарычав, я перехватил его за запястье и вырвал оружие из его руки.

— Хватит! Посмотри на себя. Ты едва стоишь на ногах. Мы не можем позволить себе продолжать эту драку. Я хочу найти Оливию и разобраться во всём — понять, где мы, чёрт возьми, оказались и что нам делать, чтобы выжить.

— С чего ты вообще взял, что она здесь? — Марселиус снова сплюнул кровавую мокроту.

— Потому что она Рождённая временем, придурок. Это она перенесла нас сюда.

Взгляд Марселиуса стал жёстким.

— Это ещё что, блядь, значит?

Слева от меня громко треснула ветка, затем ещё одна.

— Тихо! — прошептал я.

Я осторожно двинулся на звук и спрятался за деревом.

Марселиус сделал то же самое, скрывшись за деревом рядом со мной.

— Блядь, — прошипел он, когда в поле зрения появились около полудюжины солдат. Они вели за собой осла, навьюченного припасами.

Я мысленно застонал. Похоже, это были американские солдаты. Их форма была очень похожа на ту, что я видел во время Войны за независимость в Америке. Отличия были, но совсем незначительные.

Это значит…

Нас забросило недалеко от того времени и места, откуда я отправился в Рим. И мы оба одеты лишь в набедренные повязки, с длинными спутанными волосами. Они решат, что мы дикари.