Он тащит меня за собой по коридору, словно я безвольная кукла. Остальные адепты расступаются перед нами и отводят глаза, будто боясь даже взглянуть на огромного парня. Никто ему не помешает сделать со мной что угодно.

У меня леденеют даже кончики пальцев, дыхание заходится вместе с бешено колотящимся сердцем.

Он убьёт меня! Убьёт!

– Отпусти! – взвизгиваю я панически.

Тяжёлая мужская рука лишь сильнее сдавливает запястье, заставляя меня прикусить губу, чтобы не издать стон боли.

Флейм тянет дверь первой попавшейся аудитории, но там заперто. Тогда он дёргает сильнее, вырывая замок. Раздаётся противный лязг, дверь распахивается. А затем он просто грубо вталкивает меня внутрь и заходит следом.

Я лечу вперёд, едва не врезаясь в стол, в последний момент выставляю перед собой руки и сразу оборачиваюсь, готовая обороняться.

Но Майрок не идёт ко мне.

Стоит у закрытой двери, отрезая мне путь к отступлению.

– Только подойди и пожалеешь, – чеканю я.

– Ты забавная. Давно уже никто не осмеливался мне угрожать. – отвечает Майрок, его взгляд впивается в моё лицо с таким жгучим и опасным интересом, что колени подгибаются.

Я растираю запястье. Болит безумно, этот гад едва не сломал мне руку. Проклятый садист!

Много раз в своей голове я представляла момент, когда мы столкнёмся нос к носу. Только он и я.

Проигрывала возможные сценарии раз за разом. Но я никогда не думала, что он будет смотреть так. Будто режет меня взглядом наживую. Или раздевает…

Отвратительно.

– Что отвратительно?

Проклятье, неужели, я сказала это вслух?

– Ты и всё, что тебя касается. Меня тошнит от одного твоего присутствия, – честно признаюсь я.

– Придётся привыкнуть, Найт, – по губам Флейма ползёт ленивая ухмылка. – Если, конечно, не хочешь отправиться вслед за папашей.

При упоминании отца у меня будто срывает все внутренние клапаны. Я и так долго сдерживалась. Терпела Лину, её больную на голову подружку, Вудс, и даже Кристабель – девушку этого подонка. Терпела ради эфемерной высшей цели. Но один взгляд этого прожжённого мерзавца, и я понимаю – все мои детские мечты о мести не более, чем пшик. Майрок сожрёт меня и не подавится.

– Заткнись! – выплёвываю я, а затем быстрым движением формирую в руке простой теневой шар энергии и отправляю его в сторону Майрока. На это не нужно много сил, мне хватает и моих едва проявившихся.

Но Флейм ловит его одним ловким движением, буквально играючи. Я, кипя от бешенства, смотрю, как в его руке схлопывается чёрный шар. Его в считанные секунды поглощают языки пламени.

– Какая горячая девочка, – ухмыляется он.

К моему ужасу, Флейм идёт на меня. Шаг за шагом преодолевая и без того небольшое расстояние, разделяющее нас.

Мне с ним не сладить. Эта мысль снова обжигает сознание.

Я бросаюсь в сторону. Сама не знаю куда.

Лишь бы сбежать и не дать ему приблизиться.

Но Майрок просто хватает меня за талию сзади, поднимает над землёй, и я в считанные секунды оказываюсь прижата к огромному твёрдому мужскому телу.

Я проклинаю себя за то, что позволила страху и ненависти заслонить здравый смысл. Нельзя было поворачиваться спиной к врагу!

– Отпусти! – вскрикиваю я. – Животное! Ненавижу!

Я продолжаю проклинать Майрока и пинаться, он же сжимает меня всё крепче. Я прихожу в себя лишь когда понимаю, что он просто держит меня. Не пытается убить или причинить вред.

Ситуация слишком напоминает тот момент, когда мы прятались от Сладусика. И от этого по спине ползут мурашки.

Я жадно втягиваю живительный воздух, вся дрожа.

– Тс-с, – грубый мужской полушёпот раздаётся прямо над моим ухом. – Разве тебя не учили быть послушной девочкой?

Послушной? Что он несёт? Больной ублюдок.

– Убийца – выпаливаю я, а затем поворачиваю голову, инстинктивно пытаясь отыскать его взгляд.

Мне дико страшно и меня распирает такая лютая злоба, что даже мыслить здраво могу через раз. Но понимаю, что до безумия хочу увидеть хоть какие-то его эмоции сейчас.

Майрок слегка ослабляет хватку, и я нахожу взглядом его лицо. Вижу, как трепещут крылья носа, как расширяется его зрачок до размеров вселенной, когда наши глаза встречаются.

– Столько лет прошло, а ты всё злишься, что я прикончил твоего ублюдочного папашу, Найт? – вдруг произносит он, жадно всматриваясь в мою реакцию.

Я понимаю – ему нравится причинять боль.

У меня всё тело пылает, будто меня в кипяток окунули. Крови в венах не осталась, там жидкая лава жжёт меня изнутри. Я резко разворачиваюсь и со всей силы толкаю Флейма в грудь.

Он стоит всё также неподвижно, уничтожая меня взглядом.

– Гордишься собой? – из моего горла вырывается недобрый смешок. – Ты просто подло воспользовался тем, что между нашими родами много лет была кровная вражда.

Огненные искры пляшут во взгляде моего врага.

– Почему же подло? – прищуривается он.