У меня и мысли не было, что можно додуматься сбежать в такую рань. Глупо. Опрометчиво и до сих пор факт этого бегства выводит меня из себя. А может, причины моей злости – банальный недотрах, ибо факт того, что мне нравится, что Женя не сдается – не оспорим. Однако, несмотря на прелесть сей игры, мне нужна женщина, причем побыстрее. Проблема в том, что желания искать кого-либо более сговорчивого у меня нет, снимать разово бабу – и подавно. Мне, как ни странно, на данном этапе жизни полностью подходит Женя. Да и привлекает меня именно она. Но и ждать хрен знает сколько – тоже не вариант. Очередной долбаный порочный круг.

Снова перевожу взгляд на рыбу. И все же подстраховка не помешает. Беру семгу, упаковку залежавшихся конфет и как заботливый заведующий, несу сие богатство в сестринскую. Но когда на пути мне встречается раздражающая меня, вечно воняющая сигаретами медсестра, я, не раздумывая, вручаю этот набор в качестве презента именно ей. Ну ничего, если что вместо перекура продрыстается.

Вот бывает такое чувство, вроде бы никого не видишь рядом, но чувствуешь, что аура некого человека присутствует где-то рядом. Точно Соболев где-то рядом. Подхожу к кабинету, вглядываясь в незнакомого мужика, фактически перегородившего мне вход. Судя по всему, новый охранник. Киваю мужику и тот, как ни странно, отходит в сторону. Захожу в кабинет, где, как и предполагал, расположился на диване мой старый знакомый. Очень специфический, но, надо признать, хороший знакомый. Больше, чем знакомый. Значительно больше.

– Неожиданно. Добрый день, Петя.

– И тебе здравствуй, Алексей, – первым подает мне руку. – И не стыдно тебе?

– Где стыд и где я? – удивленно интересуюсь я, присаживаясь рядом.

– Твоя правда, бесстыжий. Как ты мог докатиться до такого места?

– А что именно тебе здесь не нравится?

– По меньшей мере, запах. Я был уверен, что это шутка. Разве это называется перспективой в медицине? – обводит взглядом кабинет. – Сколько раз я предлагал открыть тебе собственную клинику? Если не хватает денег и связей, я же только рад помочь.

Вот уж, что правда, то правда. Соболев всегда был непозволительно щедр со мной. При этом от меня фактически ничего не требовалось. Сейчас я как бы его личный врач. По сути, он здоров как бык в свои сорок три и прекрасно себя чувствует, несмотря на не самый лучший образ жизни. Не знаю кого он во мне видит. Друга, товарища по несчастью, но фактически наши с ним встречи всегда заканчиваются одинаково – элитным бухлом и не менее элитными шлюхами. Последние под градусом, надо сказать, заходят неплохо. Рад ли я, что когда-то спас жизнь не чистому, с точки зрения закона, человеку? Однозначно, да. Мне глубоко плевать на законы.

– Не хватает?

– Хватает. Как только стукнет сорокет, а еще лучше полтинник, осяду и открою клинику. Буду собирать исключительно бабки и никаких пациентов. А пока мне интересно здесь. Знаешь, это как вызов самому себе, смогу ли я сделать здесь что-то дельное.

– Алексей, я точно знаю, что если в банку с вареньем кинуть ложку говна, оно испорчено. И для того, чтобы съесть варенье, придется вымыть банку и залить в нее новое. Ты как умный человек должен понимать, о чем я говорю.

– Время покажет прав ты или нет, – произношу банальную, по сути, фразу, и с каждой секундой начинаю сомневаться в своем выборе. Вдруг Соболев прав, и я здесь просто теряю время?

– Давай я хоть проспонсирую эту клоаку. Может, запашок хоть устраним. Как, кстати, избавить ноздри от этого смрада?

– Почаще сморкаться.

– Обязательно последую твоему совету. Так что, проспонсировать больничку?

– Нет. Я и без того купил компьютеры на свои бабки. Хватит. Буду выбивать от государства.

– И нужен тебе этот геморрой, Леша?

– Нужен.

– Скучно тебе. Ладно, я ведь не просто так пришел. Смотри. Как тебе она? – открывает папку и демонстрирует фотографию какой-то девки.

– Типичная прошмандовка.

– Согласен.

– Супер, ты мне об этом пришел рассказать?

– Хотел понять не заработался ли ты с концами в этом клоповнике. А вот эта как тебе? – подсовывает очередное фото.

– Так себе. Под бухло сойдет.

– Солидарен. А вот эта?

– Симпатичная. С виду приличная. Очень даже ничего, – вполне серьезно произношу я, всматриваясь в лицо темноволосой молодой женщины.

– Она, Лешик, не только с виду приличная. Она самый настоящий бриллиант. Двадцать восемь лет. Дизайнер. Не замужем. Одинокая. Крайне одинокая. И при этом не сука. Она мне меняла интерьер спальни. Я ее ни-ни, не думай. Она вся такая неприступная с виду, тебе должна понравиться.

– Ты просто заколебался ее уламывать?

– Нет, я нашел в ней изъян – у нее коленки страшные. В общем, я ее пробил. Реально девка хорошая, но из-за коленок я отдаю ее тебе. Она идеально подходит на роль жены. Ну или просто матери.

– Моей матери?

– Пошути, пошути. На роль матери твоего ребенка.

– Слушай, ты больной.

– Я больной? – удивленно приподнимает брови. – А кто мне месяц назад после литра вискаря изливал душу и говорил, что хочет ребенка?

– Петь, отвали, а?

– Я серьезно, Леш. Окажется сукой – турнем ее за борт. С голой жопой, разумеется. И будем воспитывать ребенка вдвоем, ну если что.

– И все подумают, что мы пидарасы.

– Да похрен, что подумают другие. Но я если что за мужика. А ты так как красивый – за девку.

– Ты бухнул уже?

– Чуток утром. Для расширения сосудов.

– Петя, ты отвлекаешь меня от работы. Реально.