– Называй как хочешь. Кстати, во избежание дальнейших обид, и чтобы не вводить тебя в заблуждение, когда согласишься на мое предложение, знай, что в этой квартире мы встречаться не будем, – «когда», а не «если»! – Я сниму тебе хорошую однушку или двушку поближе к университету. И тебе удобно, и мне, – как ни в чем не бывало произносит Зорин, засунув одеяло в пододеяльник.

– Уверены, что потяните двушку?

– Уверен. Иди сюда. И положи уже подушку, раз и ее не умеешь заправлять. Держи за концы. Давай, не тормози, Женя, – подгоняет меня он, а я вместо того, чтобы хорошенько пульнуть в него подушкой, как послушная кукла кладу ее на кровать, подхожу к нему и беру концы одеяла.

– Кстати, я надеюсь, ты понимаешь, что во время нашего с тобой союза никаких других мужчин у тебя быть не должно?

– Вы всерьез думаете, что я когда-нибудь добровольно соглашусь на то, что вы мне предлагаете? – нервно усмехнувшись, произнесла я.

– Да, – спокойно бросает Зорин. – И еще тебе один совет, делай, что хочешь, но главное в меня не влюбляйся, – совершенно серьезно произносит он, поправляя одеяло. А из меня вырывается откровенный смех. Ржу как ненормальная до тех пор, пока Зорин не продолжил. – А то потом еще будешь страдать. Не хочу этого. Кстати, ты о чем-нибудь мечтаешь, Женя? – безэмоционально поинтересовался он, фактически вырвав одеяло из моих рук.

– Все о чем-нибудь мечтают, это же очевидно.

– А ты о чем?

– О том, о чем и большинство девушек, и женщин.

– Это слишком размыто. Многие из знакомых мне девушек мечтают о просвете между ног. Ты тоже?

– Я мечтаю о просвете в голове. От слова «светло», а не о дырке в ней. Ну а если вы так тонко намекаете, что у меня толстые ляжки, то спешу вас расстроить, мне чхать на ваше мнение.

– Прямо-таки чхать?

– Ну, может, косо чхать, если вам так угодно.

– У тебя отличные ноги, кстати, – усмехнувшись, произнес он. – Мне нравится. Так что там о мечтах?

– Если скажу, то они не сбудутся.

– Они и так не сбудутся. Ты еще не поняла?

– Вы много чего мне советуете и, знаете, я возьму с вас пример. Так вот, сбавьте вашу нездоровую самоуверенность и станьте более человечны и менее циничны, Алексей Викторович.

– У меня срок годности закончился, так что таким уже не стану, – безэмоционально произносит Зорин, кинув подушку на кровать.

– Черствеете с каждым днем?

– Плесневею.

– Я впервые встречаю такого человека как вы.

– Который не скрывает своих намерений и не хочет казаться лучше, чем он есть? – улыбнувшись, произнес он.

– Допустим.

– Но я все равно выгляжу лучше, чем я есть. Все-таки мне не чужды правила приличия и здравый смысл. Они не позволяют мне сделать всего того, что хочется.

– Например?

– Угадай с трех раз, – игриво произносит он, делая шаг вперед. Становится впритык ко мне.

Парадокс какой-то, полуголый мужчина, стоящий в паре сантиметрах от меня, открыто говорящий мне неприятные вещи и предлагающий мне секс за материальные блага, сейчас не вызывает во мне отвращения. Это очень странно, учитывая мое отношение к мужчинам в целом. Более того, в данную минуту я стала вообще сомневаться в своих убеждениях касательно Зорина. Он мне совершенно не нравится, но почему-то сейчас, смотря на его обнаженный торс, я всерьез допускаю мысль, что однажды он может привлечь меня как мужчина. Я не хочу секса в принципе, хоть и понимаю, что когда-то мне придется им заняться для рождения того же ребенка, но мне вдруг захотелось потрогать рядом стоящего мужчину. Боже, неужели я настолько примитивна, что меня может завлечь привлекательное мужское тело?

Стало неприятно от самой себя. Закрыла глаза, глубоко вдохнув, дабы избавиться от неприятных мыслей и тут же почувствовала, как губы Зорина коснулись мочки моего уха.

– Что вы сейчас делаете? – я всерьез промямлила такой тупой вопрос?!

– Я почувствовал недомогание, – шепчет мне на ухо, касаясь губами кожи.

– И? – резко распахиваю глаза, когда ощущаю его руку на своей талии.

– И решил все же домогаться тебя сам, чтобы не было этого «недо», – смеясь произносит Зорин. – Шутка. Спи. Иначе реально начну играть нечестно и буду тебя соблазнять, – вкрадчиво прошептал Зорин и тут же отпрянул от меня, вызывая совершенно противоречивые эмоции. – Спокойной ночи.

Смотрю на то, как он выходит из комнаты и в очередной раз становится стыдно за саму себя. Немного придя в себя, закрыла дверь, к сожалению, не на замок, в виду его отсутствия, и юркнула в кровать, накрывшись с головой одеялом. Это просто стресс, все пройдет.

***