Минут двадцать я неотрывно смотрю на храпящую девчонку. А затем она переворачивается на бок, скидывая с себя плед. И да, уже не тарахтит. Но к ЛОРу отвезти ее все-таки надо, хватит того, что я иногда храплю. Если еще и она меня будет будить, то это вообще ни в какие ворота.

Рука сама тянется к Жениным ногам. Аккуратно провожу пальцем по ее коже. Ноги – колючие. Этот факт меня неимоверно забавляет. Ну и уж чего греха таить – отчасти радует. Это не вопрос ее похеристического отношения к своей внешности, это говорит об отсутствии у нее мужчины. Приподнимаю чуть вверх ее водолазку. Да, не показалось. Ну откуда здесь в принципе взяться красивым трусам? И водолазка это длиннющая раздражает. Когда я хотел кого-то приодеть? Ммм… пожалуй, никогда. Сейчас мне будить Женю совершенно не хочется. И вот он идеальный момент узнать размер ее ноги и одежды.

Сначала посмотрел на грязные кроссовки – тридцать седьмой. Затем нашел сантиметровую ленту и вернулся в спальню. Фигура у Жени, конечно, интересная, взбитые ляжки и худенький верх. Маленькие плечи. Очень маленькие. Но это всяко лучше, чем плечистая кобылень. Вновь перевернулась на спину. С грудью не очень понятно за идиотской кофтой, а издалека рассмотреть было нереально. Но бедра мне такие определенно нравятся.

Я даже не успел толком обхватить ее ногу лентой, как она резко проснулась и двинула мне кулаком в подбородок.

– Мать твою! – кидаю на хрен ленту и хватаюсь за подбородок.

– Это ты?

– Жопой нюхаешь цветы!

– Моя жопа не бульдог, чтобы нюхать твой цветок, – сонным голосом бормочет Женя. Ясно. Ну да, в одном дворе росли. – Ой, в смысле вы, – хватается за виски и тут же оглядывается по сторонам.

Секунда и она резко вскакивает с кровати, оттягивая вниз по самое не могу уродскую водолазку.

– Как я оказалась на вашей кровати?

– Я тебя сюда отнес. В ванной нашел, храпящую. Весь дом перебудила. Что у тебя здесь случилось?

– Я гуляла с собакой, но потом где-то стрельнули петардой, и Гриша сорвался с поводка. Я искала его часа два, если не больше. Нашла в другом районе. Грязного. А потом пошла к вам домой, ну и стала его мыть. Помыла. И поскользнулась в ванной, – хватается рукой за затылок.

– Сильно?

– Нет. Мне даже было не больно, я скорее от страха отключилась.

– От страха? – непонимающе уставился на нее. Та в свою очередь замолкает, начиная водить взглядом по комнате.

– Ну да. Я услышала звук домофона, когда собаку вытирала. Думала, что это вы поднимаетесь. Вскочила, чтобы хоть что-то успеть вытереть, ну и поскользнулась. Но головой не сильно ударилась и…

– И?

– Ну что «и»? Тот самый здец. Даже не капец. Отключилась скорее всего от страха за диван. Я просто представила сколько он стоит и… вспомнила, как во сне притворяюсь мертвой, когда мне снится, что меня кто-то хочет убить, ну и, видимо, заигралась, и заснула. А Гриша теплый и мягкий. И пол у вас в ванной тоже какой-то удобный. Теплый. Видимо, с подогревом.

– Да, ты права, тот самый здец… только у тебя с головой, Женя. И вовсе не от удара.

– Мне пофиг, что вы обо мне думаете, ясно? – грубо. Очень грубо бросила Женя, нахмурив лоб. – Сколько сейчас времени?

– Половина первого.

– Сколько?!

– Ну ты поспала слегка, до тех пор, пока не решила мне вмазать.

– Я не просила меня трогать! И не буду я за это извиняться, – вскрикивает Женя.

– Да я и не просил извиняться.

Секунда и Женя пулей вылетает из комнаты. Нахожу я ее в ванной, спешно одевающую штаны.

– Далеко собралась? – выставляю руку, закрывая ей выход.

– Домой! Диван вымою вам завтра и остальное тоже. У меня выходной. Я что-нибудь придумаю. Отмою в общем, – кивает как болванчик. И в этот момент мне становится отчетливо жаль эту глупую девчонку. – Я не успею на маршрутку, если в течение пяти минут не окажусь на остановке.

– Да, Женя, тебе тоже нужно лечиться.

– Дайте пройти, – вновь грубо бросает она и со всей силы одергивает мою руку.

Удивительно, откуда у нее берется столько сил. Конечно, отпускать я ее не планирую в такой час, но и силой удерживать тоже не вариант. Правда, мне последнее и не понадобится. Я крупно ошибался, когда думал, что у меня плохой день. У меня он очень даже нормальный. А вот у кого точно нет, так это у Жени. Стоило ей только наклониться, чтобы завязать шнурки на кроссовках, как ее штаны разошлись по швам…

Глава 11

Глава 11

Загруз. Причем полный. Кажется, у меня вся жизнь пронеслась перед глазами, от звука треснутых по швам штанов. Странно, но никакого издевательского смеха позади себя я не слышу. Медленно, будучи полусогнутой, поворачиваюсь к Зорину и только после этого выпрямляюсь во весь рост.

– Давай так, ты сейчас снимаешь свои кроссовки, а я дам тебе что-нибудь во что можно переодеться, – неожиданно произносит он. – Ты поешь, потом ляжешь спать, – на удивление спокойно и совершенно без издевок продолжает Зорин. – Утром, точнее к часам двенадцати, я достану подходящие для тебя брюки, и ты спокойно уедешь к себе домой. Насколько я помню, у тебя завтра нет смены.

– Вы серьезно думаете, что я останусь на ночь в вашей квартире и буду принимать от вас что-либо?