- Детка, давай не будем накалять. Пойдем, посидим с гостями, - подхожу, аккуратно подталкивая к выходу.

- Конечно, уже полежали, можно и в вертикальное положение приземлиться, - бросает шпильку.

- Вася! - рычу.

- Я — спать. Можешь хоть до утра развлекать компанию. Ваша Карина не такая уж и благородная, как хочет казаться. Вечно задает неуместные вопросы, лезет, куда не просят. Нормальная женщина не приезжает к мужу подруги, когда та в роддоме.

Вижу, как дочь буквально трясет.

- Ты же всегда любила крестную, в чем дело?

- Разлюбила! - топает ногой. - Что-то мне подсказывает, что гадина положила на тебя глаз, и будешь дураком, если поведешься. Никогда не прощу, если посмеешь предать маму, меня и брата, - покидает спальню, громко хлопнув дверью.

Шумно выдыхаю.

Если бы Василиса вошла на несколько минут раньше... Даже не хочу этого представлять.

Нет. Больше никаких личных встреч с Кариной.

Измена случилась единожды — и никогда не повторится.

Семья для меня — святыня...

Глава 4. Карина

Глава 4. Карина

Три недели спустя

Уже второй час, как я сижу в гостиной подруги, нервно подергивая ногой, и пью чай.

Как назло, Трофима нет, а так хотелось, чтобы он увидел меня в новом сексуальном платье, поговорил, улыбнулся, посмотрел тем самым жадным взглядом, который никак не могу забыть.

Хитрец избегает меня.

Ни одного ответа на звонки, никакой реакции на десятки сообщений. Даже на выписке смотрел будто сквозь, нарочно игнорируя.

Виталия выглядит так себе. Заметно, что она уставшая, измотанная. Под глазами темные круги, еще имеется лишний вес после родов, волосы небрежно убраны в пучок.

Она мечется между мной и ноющим Савелием, пытаясь казаться счастливой.

- Сынок очень беспокойный, - качает орущий комок у себя на плече. - Я уже не помню, что такое сон. Но ничего, все временно. Справимся. Больше беспокоит Василиса. С дочкой творится невообразимое. Стала очень колкой, постоянно мужу дерзит, хлопает дверьми и на любую просьбу Трофима реагирует очень остро. Пыталась спокойно с ней поговорить, но уверяет, что все в порядке. Не знаю. Может, ревнует к Савелию? Но это на нее совсем не похоже.

Тяжело вздыхаю, делая глоток чая.

- Дорогая, все наладится, - произношу сладким, медовым голосом. - Вам предстоит научиться жить вчетвером, все-таки появился новый член семьи, привычки изменились, внимание с Васьки сместилось на малыша, ей нужно привыкнуть.

Вита горько усмехается.

- Трофим постоянно на работе. У него новый контракт, буквально приползает по вечерам без задних ног. Мне его жаль, если честно, раньше ведь сообща все делали, а теперь один тянет воз.

Ха!

Подруга его жалеет. А он, тем временем, наверняка мечтает обо мне. Не смог выкинуть из головы наш секс.

- Еще и эти проблемы по-женски, - вдруг признается Вита, опускаясь рядом на диван. Крикун наконец-то затихает. - Помнишь, как после рождения Василиски? Врач рекомендовал отказаться от половой жизни. Месяца на три, минимум.

Она откровенничает, веря, что я — лучшая подруга и разделяю ее расстройство, но внутри меня все ликует.

Три месяца! Это не просто срок, а зеленый свет для того, чтобы муж загулял.

- Родная, не переживай, - кладу руку на ее плечо. - Троша взрослый мальчик: подождет, потерпит. А ты за это время приведешь фигуру в порядок, вылечишь болячки. Он любит тебя и все поймет.

Вита доверчиво кивает, а мне хочется рассмеяться ей в лицо.

Он уже не ждет!

Тяжелая беременность довела мужика до сперматоксикоза, а тут опять сюрприз, никакого интима.

События складываются идеально.

Вечером, лежа в постели, достаю телефон.

Дима улетел на три дня в командировку и закидывает меня сообщениями, на которые нет никакого желания отвечать.

Сожитель — пыль. Неплохой архитектор с большими амбициями, но нулевыми возможностями, не вызывает в области живота трепета бабочек, а лишь навевает скуку.

Серов мне нужен только для того, чтобы Виталия считала, что я в серьезных отношениях, а Трофим ревновал. Ну, и для решения проблем, которые в жизни каждой уважающей себя женщины устраняет мужчина.

Открываю галерею. На прошлой неделе я сделала шикарную интимную фотосессию-приманку для Трофа.

На снимках я в роскошном кружевном белье. Они получились не вульгарными, а дразнящими, оставляющими место для фантазий.

Выбираю самую невинную фотографию: на ней приспущен бюстгальтер и обнажена грудь.

Отправляю.

Молчание между нами затянулось, и его пора прервать.

Сердце колотится от предвкушения.

Знаю этого упрямца: не ответит. Будет маяться, корить себя, но не сорвется. Вита слишком круто взяла муженька в оборот. Но... пусть полюбуется. Увидит, что теряет, надев на себя рясу святого.

Проходит три часа, и я уже собираюсь лечь спать, как вдруг — звонок в домофон. Нехотя поднимаюсь, иду в прихожую.

Неужели Дима?