– Ты правда думаешь, что он впечатлился бы твоей голой тушкой на своём рабочем столе? Нет! – едва сдерживаю себя, чтобы не захохотать в голос.

Карда бледнеет, а её чёрные глаза наливаются кровью.

– Мужчин не так нужно завоёвывать, – тоном прожжённой жизнью девицы говорю я, вытаскивая шпильку и засовывая её в замочную скважину.

– А как?

– Так я тебе и сказала.

– Не скажешь, и я тебе прирежу, Лимелия. Клянусь честью.

Я закатываю глаза, возвращаясь к ковырянию замочной скважины.

Не открывается.

Чёрт.

– Лима, – Карда подходит ближе. – А ты… – она осекается, буравя мой профиль. – А ты ведь не Лима. Да? Бездна… и как я сразу-то не догадалась? – из её рта вырывается смешок. – У тебя аура другая, да и внешность… К тому же Лима бегала за Сартом. Выслеживала его, как утку. А ты… другая.

– Ты можешь помолчать хотя бы минуту?! – взрываюсь я, ударяя кулаком по металлической дверце. – Не до тебя сейчас!

Карда хмыкает, а затем своей пухлой лапищей отодвигает меня от сейфа.

– Дай-ка сюда.

– Ты…

Не успеваю договорить, как дверца с противным звуком отворяется.

– В ответ научишь, как завоевать мужика, – Карда расправляет плечи и делает шаг назад.

– А тебе не кажется, что условия надо выдвигать до того, как что-то делаешь? – я лезу в ящик и начинаю шарить в нём похолодевшими ладонями.

– Дрянь такая… – цедит она.

Махаю в её сторону рукой, чтобы замолчала, и продолжаю поиски.

Свитки. Слитки. Шкатулка. Папка.

А потом мой палец словно кто-то прокалывает иголкой. Боль вспыхивает так резко, будто под кожу загнали раскалённую иглу.

– Ауч… – я вытаскиваю руку и вижу, что указательный палец наливается кровью.

Рвано вздохнув, здоровой рукой тянусь к ящику.

Десять серебристых веточек. Отлично. Возьму три.

– Подай-ка мне салфетку какую-нибудь, – отрывисто говорю, особо не надеясь на помощь. Но Карда удивляет: берёт с ректорского стола носовой платок и протягивает его мне.

– Спасибо, – бормочу, вытаскивая ветки. – И да, я помогу тебе. А сейчас пошли отсюда. Никто не должен знать, что мы были здесь.

Вываливаемся мы из кабинета спустя минуту. Я все руки обожгла об эти ветки. Даже через платок они нещадно жалили пальцы.

– Откуда здесь белки? – Карда замедляется, потрясённо глядя на пол.

– Всё потом.

Через двадцать минут мы уже находились в комнате Лимы. Мы начертили круг, в центр которого положили меня, и расставили по периметру свечи.

Дух в образе мужичка, помешивая дымящийся котёл, кружил надо мной, словно коршун.

Карда подпирала спиной стену и потрясённо смотрела на котёл, парящий в воздухе. В отличие от меня, она не видела духа.

Я пыталась её выпроводить, но всё было тщетно. Прицепилась клещом.

– Начнём, – говорит дух, удерживая котелок над моей головой.

Белки радостно пищат, а глаза Карды испуганно округляются, когда прямо на мою голову льётся кипящая вода.

Последнее, что я помню перед тем, как отключиться, – чёрный сгусток пламени, впитавшийся в моё тело.

Глава 10

Веки удаётся разлепить лишь с пятой попытки. Сначала всё плывёт перед глазами, потом зрение медленно проясняется, и я вижу испуганное лицо Карды.

– Жива, – выдыхает она и тут же трогает мой лоб.

– Конечно, жива, – фыркает белка, запрыгивая мне на грудь.

Карда этого не слышит. Как и не видит духа, который стоит рядом и вглядывается в моё лицо.

Я перевожу взгляд на потолок и прислушиваюсь к себе.

Голова ноет, но терпимо. Тело ватное, как после высокой температуры. В остальном всё хорошо.

Я медленно приподнимаюсь на локтях. Комната плывёт, но уже не так сильно.

– Сколько я была без сознания?

– Недолго. Пару минут. Но ты… – Карда запинается и нервно хрустит пальцами. – Ты перестала дышать на несколько секунд.

Белка у меня на груди довольно щёлкает зубами.

– А я говорила, что всё получится.

Перевожу взгляд на свои руки и вздрагиваю. От указательного пальца к запястью тянется тонкий чёрный узор. И на второй руке – такой же.

Татуировки. На обеих.

Ну дела…

– Это ведьминские метки, – с охотой поясняет белка. – Всё нормально, так и должно быть.

Хмурюсь, продолжая разглядывать запястья, словно от этого они могут исчезнуть.

– Раз ты в порядке, я требую ответов, – говорит Карда, поправляя чёрные пряди. – Расскажи, кто ты и откуда взялась. А я… – она переводит взгляд на белок, уставившихся на неё круглыми глазами, – обещаю, что сохраню твой секрет.

Чешу макушку, глядя в её тёмные глаза, и вдруг понимаю, что мне правда хочется выговориться. Живому человеку. Тому, кто пусть и не поймёт до конца, но хотя бы выслушает. И, возможно, подскажет, что делать дальше.

Сажусь, подтягивая к подбородку колени, и, вздохнув, начинаю торопливо рассказывать.