— Я сделаю это.

— Что? — спрашивает Лили с паузой.

— Что? — задыхаюсь я, мое сердце падает в желудок.

— Наденьте кольцо на меня вместо Вороны. Уверена, королеве все равно, с кого из нас качать магию, — предлагает Максин, переводя взгляд между мной и Лили, ее губы сжаты в решимости.

— Нет, Максин. — Мой голос срывается. — Я не могу просить тебя об этом.

— Благородное предложение, но оно не сработает, — кашляет Лили, и ее губы становятся фиолетовыми от действия яда. — Королеву всегда заботила только одна вещь. Власть. И она считает, что сила Вороны равна силе бога. Когда она овладеет силой Вороны, она намерена снять Проклятие Любви. А после этого, — она издает горячий рык из глубины горла, — она намерена уничтожить драконов раз и навсегда.

— Она хочет использовать мою силу? — фыркаю я.

Какую силу?

Лили делает шаг ко мне, но Максин кладет руку ей на плечо, останавливая ее. Я смотрю на свой меч, мысленно прикидывая, сколько шагов потребуется, чтобы добраться до него.

— Она убьет всех нас, если ты не подчинишься, Шей, — говорит Лили, пытаясь оттолкнуть Максин, но безуспешно. — Надеть это кольцо на палец — наш единственный шанс на выживание.

— Я начинаю думать, что она намерена убить всех нас, независимо от того, что мы сделаем, — бормочет Белла трагическим голосом. — Влюбиться, надеть кольцо, подчиняться каждому ее капризу. Позволить ей украсть всю нашу магию крови, пока мы не упадем замертво. В этой игре нет выигрыша.

— Уйди с дороги, — рычит Лили.

Максин остается на месте.

— Тебе придется сначала пройти через меня.

— Как пожелаешь. — Садистская ухмылка расползается по губам Лили.

— Хватит! — кричу я. Но слишком поздно. Максин уже валит Лили на землю и прижимает ее. В ответ руки Лили загораются страстным фейерверком искр, когда она готовится ударить Максин в лицо.

— Немедленно прекратите, обе! — кричу я изо всех сил.

— Разве ты не видишь? — спрашивает Солара, скрещивая руки и прислоняясь к ближайшему книжному шкафу, ее темный силуэт мерцает, как умирающая звезда. — Это то, что боги делают лучше всего. Они сеют хаос. Именно поэтому ты должна освободить Мать Хаоса, чтобы она могла заставить своих детей вести себя и наказать их соответственно.

Мои зубы чуть не пронзают язык, когда я чувствую теплый прилив меди, исходящий от них.

— Статуи больше нет, — напоминаю я ей, выплевывая каплю серебряной крови. — Она была уничтожена взрывом. Чего ты хочешь?

— Ты действительно так думаешь? — спрашивает Солара, и ее глаза расширяются. Тем временем Лили тянется к моему мечу и бросается на Максин. Белла забирается на упавший книжный шкаф и прыгает прямо на плечи Лили, сбивая ее с криком.

— Говорят, что когда Тенецвет употребляют в высокотоксичных дозах, он позволяет жертве видеть, — говорит мне Солара. — Как глаз урагана перед тем, как свирепые ветры вернутся, его токсины дарят жертве последний момент передышки.

— О чем, блядь, ты говоришь? — рявкаю я, спотыкаясь к ним, чтобы разнять драку, но двигаясь медленнее, чем хотелось бы.

Солара просто исчезает, как раз когда Белла достает сочный плод из своей руки и выжимает его сок в рот Лили. Лили роняет мой меч и начинает шататься, как пьяный капитан, потерянный в море, отступая от Максин.

— Мне так жаль, Лили, — хрипит Белла, и слезы текут по ее щекам, когда она соскальзывает со спины Лили. — Но я не буду стоять и смотреть, как ты убиваешь мою подругу. — Она смотрит на Максин, чьи глаза расширяются от ужаса.

Мы все беспомощно наблюдаем, как глаза Лили закатываются вверх, а ее лицо становится болезненно-индиговым и лиловым, когда Тенецвет захватывает ее тело. Я протягиваю к ней руки, мое сердце колотится в груди. Когда она падает в мои объятия, ее глаза распахиваются, выпученные из орбит, когда завеса над ее разумом временно спадает. Ее взгляд встречается с моим, и в замедленной съемке она надевает кольцо-черную вдову на свой средний палец вместо моего — катастрофический неожиданный поворот судьбы, который может навсегда изменить весь ход истории…

— Нет! — выдавливаю я. — Ты умрешь, если она выкачает твою магию крови через оба кольца, Лили. Ты не можешь…

— Все в порядке, Шэдоу, — шепчет Лили, протягивая слабую руку, показывая, как кольцо идеально сидит на ней. — Я уже мертва.

Глава

29

Дверь распахивается.

Наша свобода ощущается тяжелой, как кандалы из воздуха. Эти кандалы обвиваются вокруг моего горла, когда полосы переливающегося света просачиваются в коридор. Пещера мерцает передо мной, как известняковые сны и бродячие души. Она кишит мостами, похожими на нити, сотканные из самого Ада, ныряющими и вздымающимися над бездонными кратерами и бесконечными вершинами, служа суровым напоминанием о том, что жертва Лили открыла дверь.

Жертва Лили открыла дверь.

О боги, Лили мертва.