Однако, прежде чем они успевают выяснить источник звука, она появляется в дверном проеме. Богиня Любви — видение в белом, облаченная в платье из стеклянных перьев, которые дополняют набор кристаллизованных, нечеловеческих глаз. И она смотрит на нас так, будто хочет перерезать нам глотки. На ее голове корона из черных роз с колючими шипами, достаточно острыми, чтобы содрать плоть с наших костей. В одной руке она держит отрубленную голову стража, чья жертва, должно быть, позволила ей открыть дверь. В другой руке она сжимает спутанный узел розово-светлых волос Лили. Она толкает бедную девушку вперед. Лили врезается в книжный шкаф, опрокидывая его и разбрасывая книги вокруг себя.

— Лили! — кричат Максин и Белла, бросаясь ей на помощь. Я пытаюсь встать, но взгляд королевы пригвождает меня к месту. Ее глаза холодны, как камень, сидящий у меня в груди, когда она с глухим стуком кладет окровавленную голову на журнальный столик передо мной, рядом с подносом из античной латуни и засахаренных апельсинов, и бутылкой ликера, который мы потягивали.

— Я слышала, мой питомец нашла Ворону, — говорит она, и ее пронзительный взгляд посылает дрожь по моему позвоночнику. Я с трудом поднимаюсь на ноги, тишина клубится вокруг нас, и боль в ноге кажется тяжелее, чем когда-либо.

Блядь, похоже, ей не становится лучше. И вдобавок у меня все еще болит плечо после того, как Лили вывихнула его.

— Ты смотришь прямо на нее. — Я поднимаю обнаженное предплечье, моя рука дрожит.

Пристальный взгляд королевы приковывается к моей метке. Ее голос пронзает воздух, как туманность из наполненных атомами звезд, разрывая мою вселенную на части.

— Я знала, что Ворона будет одной из вас, — говорит она с голодным, змеиным облизыванием зубов. — Мои тщеславные братья всегда тянулись к власти, поэтому я велела каждому из них выбрать по одному смертному на свой вкус. Однако только недавно я поняла, что один из них схватил Ворону. Я чувствовала огромную силу, пульсирующую вокруг моего обеденного зала. Я просто не могла понять, от кого она исходит. — Она протягивает длинный ноготь и проводит им по моей щеке. — Похоже, у Августина изысканный вкус в женщинах.

— Чего ты хочешь? — резко спрашиваю я, встречая ее горячий взгляд своим, собирая всю храбрость из глубин моего сердца.

Которой не так много, но на данный момент достаточно.

— Я хотела бы знать, почему ты отказываешься надеть мое кольцо. — Она протягивает руку, показывая кольцо-черную вдову. Но по тому, как меняется комната, она могла бы открыть портал в Ад.

Я сжимаю кулаки и проглатываю растущий ком в горле, отказываясь даже взглянуть на этот демонический кусок ювелирного изделия.

— Почему?

Она делает шаг вперед, словно парит по воздуху.

— Думаю, ты уже знаешь почему. — Ее взгляд скользит по Лили, которую поднимают на ноги Белла и Максин, затем возвращается ко мне. — Мне нужен доступ к твоей силе.

Мои щеки горят от жгучего презрения, когда я понимаю, что Лили, должно быть, рассказала ей все, пока ее не было.

— Моя подруга не ведет себя рационально из-за яда Тенецвета, текущего в ее венах. Ты случайно ничего об этом не знаешь? — спрашиваю я.

Ноздри королевы раздуваются.

— Вылечи ее сейчас же, — говорю я. — Ты богиня, я знаю, ты можешь.

Она хватает меня за щеки холодной рукой.

— Ты смеешь мне указывать?

Я сохраняю зрительный контакт, мои пальцы ног подгибаются от страха в сапогах.

— Ты не можешь надеть это кольцо мне на палец сама, не так ли? — спрашиваю я, вырывая лицо из ее хватки и дергая подбородком в сторону кольца-черной вдовы в ее руках. — Заклинание требует, чтобы смертный сделал это добровольно. Иначе ты бы уже это сделала. Поэтому ты отравила мою подругу. Чтобы контролировать ее и заставить надеть кольцо на меня. Это единственное, что имеет смысл.

Глаза королевы прищуриваются, когда она изучает меня, выглядя почти… впечатленной. Но момент быстро проходит, когда она поворачивается к моим друзьям и говорит:

— Вы трое должны убедиться, что Ворона наденет это кольцо.

Они останавливаются и смотрят на нее.

— Или же, — продолжает она, постукивая по медальону на шее, похожему на тот, с которым Лили сбежала ранее, но другого цвета, — я лично засыплю ваш прах в мое ожерелье. У вас есть время до завтра, чтобы принять решение. У вас два выбора: надеть это кольцо на палец вашей подруги или смерть. Выбирайте с умом. — С этими словами она опускает тяжелое черное кольцо в дрожащую руку Лили, затем направляется по коридору и открывает дверь, захлопывая ее за собой на выходе.

— Меня не волнуют угрозы смерти, — вздыхает Максин, убирая руку от Лили. — Но ей действительно нужно было оставлять голову стража? Теперь нам придется терпеть вонь гниющего мяса неизвестно сколько.

Я смотрю на голову на журнальном столике и морщусь.

Лили бросается ко мне, сжимая кольцо в руке.

— Вы все слышали королеву, — говорит она. — Мы должны заставить Ворону надеть кольцо, или нас ждет гибель.

Я отступаю назад, боль в ноге воет.

Максин первой встает между нами.