— Если придется, я просочусь в каждую твою пору, проникну под кожу, — жесткие губы покрывали низ живота порывистыми поцелуями. — Всякий раз, закрывая глаза, ты будешь видеть мое лицо. Слышать мой голос. Чувствовать мой запах.

— Я… уже…

— Ты принадлежишь мне, — рисовал незатейливые узоры на ее лобке, в каких-то сантиметрах от чувствительного бугорка, намеренно заставляя замирать от неизвестности. От чувственности момента. Внутри все сжималось. Пульсировало. Требовало. — Со всеми вытекающими!

— Да!

— Кто я, Лиза?

— Мой мужчина, — всхлипывая, — моя лю…

— Мелковато, Кроха, — Дмитрий замер на секунду, а потом прохрипел зло и отчаянно, до боли стискивая ручищами ее бедра. — Я – твоя гребаная вселенная! Запомни и повтори!

Вселенная! Именно! Вселенная!

Боги, как же ей хотелось видеть его лицо в момент, когда он произносил эти слова. Словно чувствуя ее состояние, Похомов откинул футболку в сторону.

Пару секунд на фокусировку взгляда, и выстрел. Выпалила на выдохе:

— Ты – моя вселенная!

— Бл*дь! — он дернулся, словно она его ударила. — Как же меня кроет…

Собственническим движением прошелся пальцем по нежной влажной плоти.

Лизавета уже извивалась от нетерпения.

— Моя малышка! Да ты течешь! — замурлыкал, растирая влагу. — Даже не знаю, что сделать в первую очередь: вылизать тебя, а затем трахнуть, или наоборот? Что скажешь?

Ее сознание уплывало далеко, в другое измерение.

От откровенных слов полыхали щеки. Да так, что боль причиняли.

— Тебе… виднее, — выдавила через силу. — Тебе… решать.

— Браво, кроха! Научилась давать верные ответы.

В следующую секунду он проник в нее языком. Лиза не сразу сообразила, что происходит. В прошлый раз, когда Дима ласкал ртом клитор, внутри нее были его пальцы. А сейчас… сейчас все наоборот!

Под напором чувств она закричала. С остервенением задергала ремень, пытаясь освободить руки. В местах трения уже саднило кожу.

— Черт! Черт!

— Не забывай, что наказана, — строго осадил. — Ты будешь вести себя очень тихо. Не шевелись. Вообще. Совсем. И, Лиза, хоть звук издашь – не дам тебе кончить!

Что? Нечестно!

Спорить не решилась. Прилагала титанические усилия, чтобы не двигаться. От напряжения вибрировала. На лбу выступила испарина. Сдерживая стоны и всхлипы, кусала губы. Он ускорился, проникая все резче, растирая чувствительную горошину подушечкой пальца все настойчивее. В тот самый момент, когда казалось, терпеть больше невозможно – просто разорвется сердце – ее скрутила сильнейшая судорога. Это стало последней каплей – взвизгнула, уже не контролируя судороги. Над головой с крон деревьев взмыла в небо стайка птиц, явно напуганная ночным вторжением. Не дав прийти в себя, Похомов развернул, укладывая на живот. Руководил, устанавливая в коленно-локтевую позицию.

— Маленькая, — рвано выдохнул, погружаясь в нее до упора своим немалым размером. — А теперь будь собой, моя крикливая мышка! Не сдерживайся…

Она бы и не смогла. При всем желании. Их секс был диким. Первобытным. Причиняющим боль. Граничащим с помешательством. Наслаждение, острое как лезвие бритвы, наполняло каждую клеточку тела. А после произошло необъяснимое. То, к чему ее психика не была готова. Совершенно. К члену Дмитрий добавил средний палец, мягко растягивая лоно девушки. Ее глаза увеличились от шока, да и сердце замерло, ухая вниз. Он же даже темпа не сбавил. Начал надавливать на какую-то точку внутри нее, уделяя ей особое внимание. И перед глазами все померкло.

Лиза кричала так истошно, что срывала голос. Через некоторое время просто взорвалась, распадаясь на тысячи молекул. Не поняла даже, что, громко заревев, излился и Похомов. Лишь одно имело значение… она только что обмочилась!

— Вот так сюрприз, кроха! — ошарашенно произнес мужчина. — А ты у меня, оказывается, и так умеешь!

От стыда ее затрясло посильнее, чем от любого оргазма. Обессиленно соскользнула с него, свернулась калачиком, утыкаясь лицом в траву, и разревелась.

Душу наизнанку выворачивало. Позор! Какой позор! Лиза рыдала так, будто умер у нее кто-то. Почувствовала, как аккуратно и мягко он освободил ее руки.

Расцеловал запястья. Ломая сопротивление, притянул к своей груди.

— Ну, все… все!

Обхватил ладонями лицо, вытер слезы.

— Почему ты плачешь? — Дмитрий выглядел растерянным. — Не понравилось? Я сделал тебе больно?

— Не-ет, — не могла успокоиться. — Ни-когда не было так хо-рошо…

— Тогда я ни черта не понимаю! Говори прямо! Что не так?

— Господи! Я же… при тебе… прямо при тебе…

— Твою мать, — выдохнул с облегчением Похомов, — Лиза, посмотри на меня и хорошенько запомни. Сквирт – это высшая степень удовольствия между мужчиной и женщиной! Одна из составляющих самого секса. Довольно распространенное явление.

— П-пра-авда?

— Правда. И ты не будешь стыдиться ничего, что происходит между нами. Лады?