"Это... он?" удивилась Ищейка, вглядываясь в деревянную статую, пока священник бормотал свои молитвы. Черты фигуры были потрескавшимися и частично деформированными стихиями, но красота лица юноши каким-то образом осталась нетронутой. На его мускулистой груди был изображен символ, выполненный ультранскими буквами, хотя это слово было незнакомо Паломнику, но, очевидно, не Книжнику.

"Это Тандрил", - сказал он тусклым тоном. Он стоял на приличном расстоянии от Паломника и весь день держался в хвосте компании, с постоянно настороженно нахмуренным лицом. Казалось, он ожидал, что в любой момент его истинная миссия будет раскрыта, и справедливо опасался реакции своих спутников. Судя по тому, что в его рюкзаке появилась новая выпуклость, из груды костей с надписями в библиотеке он выбрал, по-видимому, только один череп. Паломник не стал раздумывать над тем, какой именно череп был выбран среди множества других, поскольку казалось маловероятным, что этот человек вынесет его за пределы Проклятия.

"Кто?" спросила Ищейка.

"Человеческий возлюбленный Прощающего", - пояснил Книжник. "Считается, что он самый совершенный человек, когда-либо живший на земле. Прощающий был сражен с первого взгляда, как и Тандрил. Говорят, их любовь длилась больше века, юноша сохранял молодость благодаря преданности Прощающего. Но всякая любовь увядает, как и всякая красота".

"Он был проклят, как и все остальное здесь?" Ищейка подняла руку, чтобы одобрительно провести ею по деревянному бедру статуи. "Это было бы ужасной тратой времени".

"В легендах говорится, что он устал от жизни", - сказал Книжник. "Он оставался молодым, в то время как его семья и друзья увядали и умирали, старик, запертый в тюрьме молодости. Прощающий осыпал его богатствами и удобствами, строил дворцы и, как свидетельствует это крушение, большие прогулочные баржи, чтобы успокоить его измученное сердце. Но этого никогда не было достаточно. Наконец Тандрил взмолился своему божественному любовнику об освобождении, и, хотя ему было больно, Прощающий исполнил его мольбу. Все тяготы старости обрушились на Тандрила в одно мгновение, и он умер".

"Так вот что это было?" задалась вопросом Майша. "Неужели разбитое сердце довело Прощающего до безумия?"

"Нет", - сказал Жрец, разжимая руки и поднимаясь на ноги. "Прощающий скорбел о своем возлюбленном и приказал чтить его во все грядущие века, но его скорбь не перешла в безумие. Следующие два столетия его поддерживала любовь к своему народу".

"Но всякая любовь увядает", - сказал Книжник, безмятежно улыбнувшись в ответ на острый взгляд клирика.

"Горнильный мост находится в пяти милях к западу", - сказал он и зашагал прочь. "Чтобы добраться до Полумесяца, нам нужно пересечь его до наступления сумерек".

Великие плотины, некогда сдерживавшие Лазурное море, высились на фоне вечно пасмурного неба, словно длинный ряд чахлых зубов. По мере приближения звук несущейся воды становился все громче и в конце концов перерос в непрерывный рев. Источник стал понятен, когда Жрец повел их вверх по широким ступеням к Горнильному мосту, и взору открылось глубокое ущелье между разрушенной стеной плотин и неровным гранитным массивом напротив. Бушующий поток бурлящей воды несся по ущелью, отскакивая от окружающих скал, порождая вечный туман.

По оценке Паломника, длина моста, перекинутого через ущелье, составляла около трети мили. Он был узким на большей части своей длины, но на полпути расширялся в круг шириной в двадцать шагов. В центре круга на прямоугольном постаменте возвышалась большая статуя воина в доспехах. Воин был одет в доспехи архаичного дизайна, повторяющие древние изображения легионеров Валькерина, с накладывающимися пластинами и широким шлемом, закрывающим голову от макушки до шеи. Он стоял, положив руки в латных перчатках на поммель огромного тулвара, черные пустые глазницы его шлема смотрели на восток в неподвижной бдительности.

Жрец приостановился, прежде чем ступить на мост, и обратился к ним с серьезной, почти извиняющейся искренностью. "Здесь мы подходим к тому моменту, когда никакие мои указания не смогут вам помочь", - сказал он, крича, чтобы его было слышно сквозь рев потока. "Горнильный мост был построен, чтобы охранять путь к Полумесяцу. Как известно, у Альнахима не было воинов - Прощающий решил избавить свой народ от ужасов войны. И вот, нуждаясь в страже, он создал железного воина и наполнил его своей волей, наделив силой различать мысли и намерения других. Все, кто пройдет по этому мосту, должны выдержать пристальный взгляд воина. Не верьте в свою способность к обману. Не принимайте на веру ту ложь, которую вы сказали другим или себе. Воин увидит все это, и, увидев, он изменит тебя, ибо познать чистую истину - значит измениться. Вот почему Прощающий назвал его Горнилом".

Он повернулся обратно к мосту, выпрямив спину и собрав всю свою решимость. "Приступайте, только если вы готовы к суду", - сказал он им, прежде чем начать движение вперед. И знайте, что суд Горнила беспощаден".

Полагаю, будет бесполезно заявлять, - сказал голос, когда Паломник последовал за Жрецом на мост, - что я считаю это очень неразумным поступком.