"Клянусь звездами", - выдохнула Шавалла, широко раскрыв глаза при виде открывшихся просторов суши, окружающих "Змея". Вместо выветрившихся скал, окаймленных зарослями водорослей, каждое возвышение представляло собой гротескное нагромождение обломков. Корабли как древних, так и современных конструкций были прижаты друг к другу среди плотного скопления кусков дерева и морского хлама. Среди этого хаоса, словно вывалившиеся внутренности, вились массы канатов, мачты торчали, как шипы, а на них стояли еще большие нагромождения.

"Должно быть, это многовековые обломки", - заметил Лексий, с любопытством щуря глаза за стеклами очков.

"И экипажи", - добавил Гайм. "Захваченные и извращенные тем злом, что таится в этом месте".

Из глубин кораблей донесся гул, достаточно мощный, чтобы сотрясти "Змея" до последней доски и гвоздя.

Похоже, мы совершили ошибку, полностью завладев его вниманием, - заметил Лакорат. Полагаю, использование столь сильной демонической магии может сделать это.

Гайм уже собирался поинтересоваться, что имеет в виду демон, когда ближайший курган резко сдвинулся с места. С его боков посыпались обломки, он покачнулся и задрожал, а снизу послышался еще больший грохот. Вскоре и другие курганы пришли в движение, и бурлящее течение в каналах между ними стало белым.

Если ты не желаешь присоединиться к этому сборищу искалеченных ублюдков, - заявил Лакорат, и Гайм почувствовал редкие проблески страха в мыслях демона, - нам нужно уходить сию же минуту.

Гайм обернулся к Шавалле, но внимание капитана было приковано к какой-то точке за носом корабля, а рука в волнении сжимала кинжал. "Вон там!" - сказала она, указывая на море, видневшееся между двумя покачивающимися грудами обломков. "Это наш курс". На ее лице отразилась гримаса разочарования, когда она бросила взгляд на неподвижные паруса. "Я бы сейчас отдала все за малейший ветерок".

"Вам следует быть осторожнее со сделками, капитан", - произнес Лорвет, появляясь рядом с ней. На лице друида виднелась привычная усталость, вызванная напряженным использованием его силы, но он стоял с прямой спиной и решимостью, которая показалась Гайму обнадеживающей.

"Достаточно осталось, мастер друид?" - спросил он, получив в ответ усталую улыбку.

"Немного, ваша светлость. Но когда я закончу, - он сделал паузу, чтобы отойти от грот-мачты и поднять руки к такелажу, - я бы попросил не будить меня в течение дня. Или, что более вероятно, двух".

Ветер, который он вызвал, сначала был слабым, на четверть наполняя паруса, в то время как Шавалла занялась поднятием якорей на носу и корме. Но к тому времени как "Змей" освободился от оков, все центральные паруса надулись от ветра, и корабль понесся вперед, пробиваясь сквозь течение к просвету между наваленными обломками.

Когда корабль приблизился, вода под ним вздыбилась, образовав высокую волну. Поднятый на пенящийся гребень, "Змей" накренился под угрожающим углом. Морская вода хлынула на поручни, погасив последние отблески пламени, но при этом отправив за борт пару матросов. Гайму пришлось обхватить Лорвета за талию, чтобы не дать ему последовать их примеру: друид был слишком увлечен своим колдовством, чтобы заметить это. Шавалла лично взялась за штурвал и, изрыгая поток проклятий, крутила его из стороны в сторону, каким-то образом ухитряясь удерживать "Змея" на гребне волны, пока та, наконец, не утихла и они не оказались в открытом море.

Последовавший за этим приступ облегчения был недолгим, почти истерический смех команды быстро сменился другим звуком. Его можно было бы принять за раскат грома, если бы не глубокие, завывающие ноты, которые свидетельствовали скорее о работе горла, чем о погоде. За кормой "Змея" море вздымалось, а курганы затонувших кораблей продолжали вздыматься, открывая поверхность не из камня, а из темной пористой кожи. Громоподобный крик резко усилился, когда огромная масса прорвалась сквозь волны, ее гористая форма изобиловала извивающимися щупальцами, каждое из которых было длиной в сотню ярдов и более. Морская вода лилась, как дождь, и Гайм различил среди струй и извивающейся плоти лицо. Два затененных глаза и перевернутый серповидный рот - сильно увеличенное отражение первого существа, которого он убил.

Легенды гласят, что у него страсть переделывать своих жертв по своему подобию, сказал Лакорат.

"Ты знаешь эту тварь?"- спросил Гайм, наблюдая, как опускается гигантская голова, как в пещерах глаз появляется красное сияние, когда они устремились на "Змея".

Я слышал о нем, - ответил Лакорат. Мрачный, легендарный ужас, о котором знают даже в Инферно. Мой повелитель, я представляю вам Пожирателя Душ.

Глава 7 Пожиратель Душ