– Так иди и занимайся делами, – елейно улыбнувшись, посоветовал светлый архимаг. – А за дочерью возвращайся года через три. Или даже четыре. Хотя нет, не волнуйся, я сам ее к тебе отправлю. На практику, после окончания обучения.

– Ясон!

Пространство вокруг Анхайлига исказилось, поглощая свет. Однако ректор сверкнул лазурным взглядом, рассеивая тьму, и уже без тени улыбки предупреждающе напомнил:

– Ты больше не архимаг этой Академии, Анхайлиг. Не надо.

Отец ругнулся. Затем с силой выдохнул и процедил:

– Ты хоть понимаешь, что проблемы у тебя будут не только со мной? Я пришел лишь ненамного раньше вампиров. Скоро здесь появятся Артур и его сын. Весьма нервный сын.

– Хм? Даже так? – Ясон перевел на Аделину взгляд, но не суровый, как она боялась, а сочувствующий. – То есть тебе настолько не повезло, девочка?

Он на ее стороне!

Лина тотчас закивала и для пущего эффекта всхлипнула.

– В таком случае решение окончательное: ты остаешься здесь.

– Твою же мать, Ясон! – не выдержав, взревел Анхайлиг.

– Передавай мои самые теплые пожелания Наталии. Обещаю, что за ее дочерью буду приглядывать как за родной.

От слов Ясона глаза Анхайлига почернели, выдавая испытываемое им бешенство. Лина инстинктивно сжалась, понимая, что за этим может последовать, и теперь полностью веря рассказу брата. Вне сомнения, давняя вражда ее отца и светлого архимага не была беспочвенной! И счастье, что сейчас был день, а не ночь!

– Думаешь, она похожа на Наташу? – Анхайлиг хищно улыбнулся. – Ошибаешься. Лина – моя дочь. Или общения с Родриком тебе было мало?

Ясона передернуло, а взгляд быстро метнулся к Аделине. Та тотчас потупилась, всем видом демонстрируя собственную слабость.

– Ты наговариваешь, – архимаг с сомнением покачал головой. – Аделина еще девочка, а Род войну прошел и был обучен…

– Лина тоже обучена! – Рявкнул Анхайлиг. – Причем лично мной! Я вообще не понимаю, что ей тут делать! Она хоть сейчас выпускной экзамен по некромантии сдаст и даже не запыхается! Вот на кой демон ты ее принял, Сай?!

Разъяренный взгляд темного архимага перекинулся на магистра Савелия.

– Ну, формально твоя дочь прошла вступительное испытание, – огрызнулся тот. – И потом, она так описывала тирана-отца, что… гм. А ведь даже не солгала, собственно. Короче, лучше следить надо было за ней и за артефактом своим.

– Да кабы он моим был, – Анхайлиг ругнулся сквозь зубы.

– Хм? Ты хочешь сказать, что… – архимаг Ясон внезапно замолчал, нахмурился, а затем перевел взгляд на магистра Савелия. – Так, у тебя там еще поступающие подошли. Займись ими, а мы тут сами дальше разберемся.

– Да не вопрос, – кивнул тот. – Только помещение мне освободите.

– Лучше ты сам в какую-нибудь соседнюю аудиторию перейди, – отказался Ясон. – Там вампиры на пороге, а здесь защита лучше.

Магистр Савелий скривился, но спорить не стал. Взял со стола тетрадь, табличку и молча вышел. А Лина почувствовала, как сердце забилось сильнее, и невольно сжала пальцы. Ксандер все-таки пришел! И отец упоминал, что сын Артура «весьма нервный из-за ее исчезновения».

«И хорошо, пусть понервничает, – мелькнула у Аделины мстительная мысль. – Я нервничала куда дольше».

Однако даже несмотря на обиду, появления Ксандера Лина ждала, едва сохраняя внешнее спокойствие. Ведь теперь, находясь здесь, в Академии, она сможет выбрать момент и рассказать Ксандеру о том, что все не так безнадежно, как кажется. Что им не обязательно отказываться друг от друга.

Наконец дверь открылась, впуская в аудиторию Артура и Ксандера. Оба архивампира были без привычных королевских регалий, в обычных костюмах эльфийского покроя. Впрочем, их лица, слишком совершенные для обычных людей, даже так наверняка привлекали внимание. Они были отражением друг друга, одинаково холодные и властные. Различались лишь взгляды: непроницаемый лазурный у Артура и вспыхнувший болезненным изумрудом при виде Аделины у Ксандера.

– Хорошего дня, – вежливо поздоровался Артур.

– Хотел бы ответить тем же, да не могу, – мрачно откликнулся Анхайлиг.

– С чего вдруг? Ты нашел дочь, разве это плохо?

– Плохо, что не могу вернуть ее во дворец. И дело явно не в ее стремлении к знаниям, мы все это прекрасно понимаем. – Анхайлиг смерил Аделину сердитым взглядом.

Но та не обратила на отца внимания, подхваченная тонкой ментальной нитью Ксандера и коротким, наполненным тревогой и тоской вопросом:

«Зачем?»

Он волнуется за нее! Все-таки волнуется!

«Я придумала, что можно сделать, чтобы избежать проклятия! – с лихорадочным возбуждением выпалила Аделина. – Мне нужно всего лишь стать жрицей Верты! Тогда проклятие уже не будет мне…»

«Чьей жрицей?! – изумленно перебил Ксандер, мгновенно напрягаясь. – Лина, это невозможно! Верта никогда не прислушается к человеку! Только к вампиру или темному эльфу!»