Я снова и снова вонзаюсь в её дырочки, пока не могу больше сдерживаться, оргазм разрывает меня, и моя сперма выстреливает из моего члена, покрывая внутренности её задницы. Всё это время она задыхается и всхлипывает, бессвязные слова слетают с её губ. Мои ноги дрожат и грозят уронить нас обоих, пока я пытаюсь восстановить дыхание. Я заставляю её ногу отцепиться от моей талии, выходя из её задницы, и с восторгом наблюдаю, как моя сперма стекает по её кремовым бёдрам. Я отступаю, и она качается в цепях, её несвязанная нога не может выдержать её вес. Я наклоняюсь, собираю немного своей спермы с её плоти и подношу пальцы к её губам, окрашивая их, прежде чем протолкнуть их внутрь её рта.

— Слижи, — требую я, и она колеблется, что мгновенно зарабатывает ей пощёчину по груди. — Ты будешь подчиняться мне во всём здесь, Сорвиголова.

— Пошёл ты, Ксавьер! Ты не владеешь мной. — Я тру пальцами между её ягодиц, снова покрывая их, затем размазываю свою сперму вокруг её рта и подбородка, пока её глаза сужаются в ярости и обещании насилия, когда она освободится. Вот ты где, моя сладкая Сорвиголова.

— Блядь, отпусти меня, Ксавьер, эта игра окончена! — Я игнорирую её требование, отходя от неё к шкафу в углу. Я открываю верхний ящик, доставая большую, красную анальную пробку, её расширенный конец украшен блестящим чёрным камнем, вместе с соответствующим пультом. Она будет выглядеть потрясающе на ней, на всей её кремовой, бледной коже. Когда я поворачиваюсь, она видит, что в моей руке, и немедленно начинает трясти головой, её глаза широко раскрыты. — Абсолютно нет! У меня всё болит, Ксавьер!

— Ты сможешь выдержать больше. Ты примешь больше. Я не закончил с тобой, Скарлетт, далеко не закончил. — Я поднимаю и разворачиваю её, ослабляя цепи, сгибаю её в поясе, используя свою сперму и её влагу как смазку, и прижимаю закруглённый конец к её анусу. — Либо пробка, либо мой член возвращается туда. Решай, Сорвиголова.

Я вдавливаю её дальше, и сначала её задница изо всех сил пытается сопротивляться вторжению, но она беспомощна против моей воли. — БЛЯДЬ! — всхлипывает она, когда пробка входит до конца, виден только украшенный камень. Её тело раскачивается в цепях, её нога волочится по моему паркету, теперь мокрому от моей спермы, пока она изо всех сил пытается бороться с удерживающими её ремнями, но она истощена, и её запястья слишком далеко друг от друга, чтобы она могла легко освободиться. Я нажимаю кнопку на маленьком пульте, и её тело напрягается, словно в неё ударила молния, прежде чем из её губ вырывается хриплый стон.

— Сколько боли ты можешь вытерпеть, Сорвиголова? — спрашиваю я, возвращаясь к ящикам и открывая самый нижний. Ряд флоггеров, хлыстов и кожаных стеков встречает мой взгляд, прежде чем я отворачиваюсь и снова смотрю на неё. Она тяжело дышит и скрежещет зубами, когда её мышцы живота сокращаются, и она пытается бороться с ощущениями, которые создаёт пробка. Я пытаюсь сдержать смех при мысли о том, что произойдёт дальше, но это почти невозможно. Я увеличиваю ритм и скорость, затем откладываю пульт на комод и выбираю флоггер из шёлковых лент.

Покончи с этим, Ксавьер. У нас есть дела поважнее, например, убить её напарника!

— Пожалуйста... я... не могу... — Она не заканчивает предложение, поскольку оргазм обрушивается на её тело, и её губы раскрываются в беззвучном крике, прежде чем хриплый крик вырывается из неё.

— Думаю, нам придётся проверить твои пределы, Скарлетт. — Я возвращаюсь к ней, но она так потеряна в бреду, что, кажется, даже не замечает меня. Её всхлипы сопровождаются лёгким жужжанием, и это музыка для моих ушей. Я поднимаю флоггер, как раз когда её голова запрокидывается назад, её волосы струятся по спине, словно тёмная река, и шёлковые ленты флоггера обрушиваются на её грудь. Раз. Два. На третий раз её крики наполняют комнату, когда её тело дёргается, и она смотрит на меня со смесью ужаса и удовольствия, и появляются новые хрустальные слёзы.

Ударь её сильнее, разорви её, блядь, плоть. Не будь трусом, Ксавьер. Сука выдержит.

Я хлещу её по другой груди, заставляя ленты ударить по её затвердевшим соскам, затем вниз по торсу, пока красивые маленькие розовые полосы не появляются на её плоти, прежде чем я достигаю её набухшего лобка. Её несвязанная нога дрожит от усилий удержать её стоящей, даже когда её пальцы ног скручиваются. — Ты так прекрасна в этом виде, богиня, созданная только для меня. — Я снова пускаю ленты в полёт, на этот раз вкладывая немного больше силы в удар, и она воет, когда они бьют по её клитору и половым губам. Я обхожу её раскачивающееся тело, используя флоггер на её спине, плечах и заднице, покрывая их, затем возвращаюсь, чтобы наблюдать за её реакцией, наклоняясь и целуя её грудь и между ними.

— Я думаю, тебе нужно больше, чтобы заполнить тебя, прежде чем я возьму тебя снова. Что скажешь, моя сладкая? — В ответ я получаю только стон, и этого достаточно. Я возвращаюсь к ящикам и выбираю вибратор из фиолетового силикона с двойным наконечником, затем выхожу из комнаты, чтобы принести её трусики, и всё это время её громкие, рваные стоны следуют за мной обратно в основное жилое пространство.