Но иногда… это ощущается совсем иначе — будто в этом деле ты призрак, у которого никогда не будет нормальной жизни.

Это напоминает, что всё, что у меня есть с Авангардом, — просто выдумка.

— Передай команде спасибо, — говорю я. — И скажи Роджеру, что следующий отчёт будет у него на столе к пятнице.

— Мия…

— Мне пора. Статья сама себя не напишет.

Долгая пауза. Потом вздох.

— Просто будь осторожна, ладно? Что бы там ни происходило, о чём ты мне не рассказываешь… будь осторожна.

— Я всегда осторожна.

— Нет, не всегда. Ты безрассудна, упряма и думаешь, что можешь со всем справиться в одиночку. — Пауза. — Я не хочу туда приезжать, Мия. Не хочу лететь через океан, потому что миссия пошла наперекосяк. Я хочу тебе доверять. Скажи, что я могу тебе доверять.

Слова повисают в воздухе, тяжёлые от всего того, о чём мы не говорим.

Я думаю о руках Авангарда на моём теле, о его губах на моей коже. О том, как он смотрел на меня — будто я нечто такое, что стоит сберечь.

Думаю о предупреждении Кэт: «Когда всё закончится, кому-то придётся его устранить».

Словно лошадь на пастбище.

Думаю обо всей лжи, которую я говорила — своим целям, команде, себе самой, — и о том, что эта ложь, возможно, худшая из всех.

— Ты можешь мне доверять, — говорю я.

Мне хочется в это верить.

— Ладно, — Кал медленно выдыхает. — Хорошо. Скоро ещё созвонимся, да?

— Да. Скоро.

— Пока, Мия.

— Пока, Кал.

Я завершаю звонок и ещё долго стою в проёме, сжимая в руке телефон. Дождь начинает усиливаться. Мимо проходит женщина с собакой на поводке — смеётся над чем-то в своём телефоне. Двое подростков под одним зонтом добродушно спорят, в какой пиццерии пицца лучше. Мужчина в деловом костюме торопливо шагает мимо, едва успевая обогнуть лужу, — он уже куда-то опаздывает.

Обычные люди. Обычная жизнь. Обычные связи.

Я убираю телефон в карман и снова иду вперёд, теперь быстрее, будто, если двигаться достаточно быстро, можно убежать от этой пустоты в груди.

Мне нужно написать статью. Поддерживать легенду. Завершить миссию.

Всё остальное — одиночество, желания, пугающая мысль о том, что я, возможно, влюбляюсь в мужчину, которого никогда по-настоящему не смогу иметь, — придётся подождать.

Оно всегда ждёт.

ГЛАВА 23

АВАНГАРД

Я становлюсь невидимым ещё до того, как добираюсь до Челси.

Это не осознанное решение. В один миг я лечу на юг над Гудзоном, а город раскинулся подо мной — сетка света и тени, сверкающая после сегодняшнего дождя; а в следующий — я смотрю, как исчезают мои руки, как моё тело растворяется в ночном небе, будто меня здесь никогда и не было.

Так лучше. Никто не гадает, почему Герой Америки кружит над отелем среднего класса, вместо того чтобы патрулировать линию горизонта. Никаких телеобъективов. Никаких вопросов.

Только я, один в темноте, делаю то, чего делать не должен.

Её окно тёмное, шторы задернуты, балкон пуст. Но я всё равно зависаю там, сканирую пространство в поисках движения; инфракрасный датчик на часах ищет тёплый размытый контур человеческого тепла сквозь стекло.

Ничего нет.

Но где она? Разговаривает с другими источниками? Изучает город? На свидании?

Мысль о ней с кем-то другим будоражит ту самую тьму внутри, грозя задушить меня гневом. Она не пошла бы на свидание — не после того, как мы провели ночь вместе… правда?

Мне стоит улететь. Отправиться куда-нибудь ещё, ответить на вызов, делать то, для чего меня создали. Вместо этого я кружу над зданием, и с каждым витком надеюсь, что она вдруг появится.

Да что с тобой не так, чёрт возьми?

Всё. С тех пор как Мия вошла в мою жизнь, я не понимаю, что нормально, а что нет.

Часы вибрируют на запястье. Я бросаю взгляд на экран — Джулия запрашивает отчёт о статусе. Уже третий за последний час.

Я отправляю короткий ответ: «Всё чисто. Патрулирую нижний Манхэттен».

Ложь даётся легко. Слишком легко. Раньше я никогда им не лгал — по крайней мере, напрямую и не о чём-то важном. Но в последнее время правда кажется чем-то, что нужно оберегать, — чем-то, что им не положено знать.

Я беру курс на восток, увеличивая расстояние между собой и её отелем, пытаюсь сосредоточиться на городе внизу. Вот что я должен делать. Охранять их. Беречь. Быть тем символом, который им нужен. Помогать стране заново отстраиваться, чтобы люди снова могли верить в своё будущее.

Снова вибрируют часы.

Напоминание: брифинг для СМИ завтра в 09:00. Отдел гардероба подобрал тёмно-синий костюм. Подтвердите, пожалуйста.

Со вздохом я подтверждаю, как всегда. Так поступают хорошие активы.