Её сердце заколотилось от трепета в его голосе. Он обнял её за плечи обеими руками, привлекая к себе и запутываясь пальцами в её вымокших волосах. Его кожа казалась прохладной и влажной под бившими струями ливня. И всё же эти объятия обдали её таким немыслимым теплом, какого она никак не ожидала. Ощущение его сильных, надёжных рук, крепко держащих её посреди бушующей стихии, подарило ей неожиданное, щемящее чувство умиротворения.

Темпест буквально обмякла в его руках, и вся её злость и боль растаяли без следа. Это было так невероятно приятно — быть обнятой, чувствовать, как его ладонь ласково и мерно гладит её по затылку, успокаивая и баюкая. Она и не помнила, когда в последний раз кто-то относился к ней с такой трепетной нежностью и заботой.

Глаза сами собой закрылись, и она судорожно вздохнула.

— Ну вот, тихо. Так-то лучше, моя Маленькая Буря, — нежно прошептал он.

Она чуть приоткрыла глаза сквозь пушистые ресницы, любуясь лёгкой улыбкой, коснувшейся его губ. Расстояние между ними было настолько крошечным, что, сделай она глубокий вдох, их губы соприкоснулись бы. Рид бережно прижал её голову к своему плечу, позволяя полностью на него опереться.

Дыхание Темпест постепенно выровнялось, сердце вернулось к привычному ритму. И вокруг них шторм начал утихать: молнии исчезли вовсе, а грозный рокот грома превратился в далекое, едва слышное урчание.

Темпест прижалась к Риду ещё сильнее, уткнувшись носом в его грудь. Спустя пару минут проливной дождь сменился ласковой, редкой моросью.

— Ты и правда умеешь призывать и укрощать штормы, Темпест? — спросил он с улыбкой, встречаясь с ней взглядом. — Я и не знал, что сухопутные жители владеют такой чарующей магией.

— О… ну, да. Я Штормовая ведьма, — тихо откликнулась она.

Он бережно убрал мокрую прядь с её лба, и его пальцы мимоходом ласково коснулись кожи:

— Это просто невероятно. Я никогда не видел ничего подобного.

— Не стоит восхищаться. Честно говоря, я понятия не имею, что делаю, — Темпест печально нахмурилась. — Я единственная Штормовая ведьма в семье, так что меня никто не учил. Все, на что я способна — это устраивать бурю, когда мне больно или плохо.

— Я уверен, в тебе таится куда большее, — возразил Рид, и голос его звучал до того мягко и терпеливо, что на душе становилось тепло.

Она отчаянно качнула головой:

— Вовсе нет. Я — сплошная катастрофа. Никуда не годная Штормовая ведьма.

— Я отказываюсь в это верить, Темпест, — он не отводил взгляда, и выражение его лица было предельно искренним.

— Прости меня, пожалуйста… Я вся обрыдалась и вымочила тебя, — она густо покраснела от смущения. — Ты же, наверное, совсем замерз! Не хочешь зайти в дом, укрыться от дождя?

— Дождь меня не пугает, ведь я провожу под водой почти всю свою жизнь, — объяснил Рид с лукавой ухмылкой.

— Ах… ну да, логично, — Темпест прикусила губу, чувствуя себя глупо.

— Но мне бы очень хотелось увидеть твой дом, — поспешно добавил он. — Если ты не против, конечно.

Темпест слабо улыбнулась:

— Пойдём. Я буду только рада.

Небо всё ещё оставалось затянуто тучами, но сквозь прорехи в рассеивающихся облаках уже пробивались мягкие солнечные лучи. Рид пополз выше по песку, подальше от достававших его волн. Она с нескрываемым любопытством наблюдала, как он отряхивает с тела последние капли морской воды, завороженная самим процессом его превращения.

Солнечный свет проявил тёплый, оливковый оттенок его кожи, когда он перевернулся на живот. Темпест затаила дыхание: чешуя на его хвосте вспыхнула и задрожала, а бирюзовые переливы пошли мягкой волной, тая на глазах. Впрочем, не совсем. Кое-где чешуйки остались — крошечным росчерком на шее Рида, узором на пояснице и на икре. Две сильные человеческие ноги заменили бирюзовый хвост, и подтянутый пресс снова предстал перед её взором.

Её взгляд смущённо скользнул по его новому телу. Он поднялся на руки и колени, повернувшись к ней ровно в тот момент, когда она беззастенчиво его рассматривала.

— Нравится то, что видишь? — бархатисто промурлыкал он.

— Я… я… прости, просто не удержалась — так хотелось увидеть эту магию вживую! — прошептала Темпест, поспешно отведя взгляд. — Это было очень круто!

Медленно Рид поднялся во весь рост, пробуя удержать равновесие. Она смотрела, как он чуть сгибает колени и пробует встать на цыпочки, совершенно не в силах оторвать глаз. Осторожными шагами он преодолел расстояние между ними и снова оказался у самого её плеча.

Темпест шумновато вздохнула, скорее смущенная, чем удивленная.

— Ну что, идем? — Рид согнул руку в локте, предлагая ей опереться.

— Спасибо, — улыбнулась она, кладя ладонь на его предплечье. — Пойдём согреемся.

Она повела его вверх по пляжу, а затем на уютное, огибающее дом крыльцо, которое так любила. Рид повторял каждое её движение, осваивая деревянные ступеньки лишь с лёгким замешательством. Темпест потянула на себя сетчатую дверь, придерживая её, чтобы он мог скользнуть внутрь.