Да, было весело. Но второй раз — уже не то.

Он ухмыляется, протягивая мне плату, пока его жена принимает ванну наверху с бокалом шампанского.

— Вы все сыграли именно так, как она просила.

Я беру деньги, складывая чек пополам.

— С удовольствием.

Оставив их, я выхожу из дома и спускаюсь по пяти мраморным ступеням. Рип выпускает струю дыма и бросает сигарету в фонтан в центре подъездной дорожки — в центре пылает чаша для костра. Тайсон оборачивается, все мы снова в одежде, мой чёрный галстук болтается на воротнике белой рубашки.

— Думаешь, он это снимал? — спрашивает Тайсон, и они оба идут со мной.

— Я снимал. — И я бросаю на них многозначительный взгляд.

Они усмехаются, даже не спрашивая подробностей. Может, я оставил телефон в комнате, и они не заметили, а может, горничная Колдуэллов — одна из наших, с нашей стороны — установила камеры в доме, когда узнала, что мы придём. Неважно. Наш старший брат, Мейкон, установил для своих братьев три правила.

Не жалуйся ни на что, если не собираешься это исправить.

Работай.

И не трахай Святого без доказательства согласия.

О, и... Не заводи детей с глупыми людьми.

Четыре правила.

Или пять, если считать... Стучись, прежде чем входить в мою спальню.

Как будто я тону в задницах и мне нужно видеть его жену голой.

Ну вот. Пять правил. Ни одно из которых не относится к младшей сестре Лив. Мейкон считает, что она ответственный маленький ангел. Я в этом ещё не убеждён.

— Возвращайся в Бэй. — Я бросаю Рипу ключи, когда мы идём по подъездной дорожке из квадратных плиток с травой между ними.

Он прищуривается.

— Как ты доберёшься домой?

— У меня ещё есть дела.

Они смеются, проходя через открытые ворота и сворачивая налево, скрываясь из виду, к тому месту, где мы припарковали машины. Тайсон возьмёт грузовик, на котором они с Рипом приехали, а Рип вернёт «Ягуар», на котором я приехал. Жена моего брата принесла с собой в брак много денег, и в прошлом году, после раунда «если бы у тебя были неограниченные деньги и все в Саноа-Бэй были сыты, в безопасности и имели деньги на ветер, какую машину ты бы себе позволил?», он наконец ответил угрюмым «Ягуар». Это совсем не было похоже на него, но он сказал, что на них весело ездить, и ему бы понравилось видеть, как его жена приезжает на ужин в дорогой ресторан на такой же дорогой машине. Она купила ему машину на следующее Рождество, и хотя он выгоняет её по редким случаям, когда ступает на эту сторону в Сент-Кармен поужинать с ней в Le Jardin на её день рождения, обычно он на ней не ездит. Он, наверное, чувствует себя позёром.

Блядь, тогда я на ней поезжу. Никто никогда не думает, что я пытаюсь быть тем, кем не являюсь. Мне можно всё.

Слушая, как уезжают друзья, я достаю чек, открываю его и смотрю на сумму — чуть меньше первоначального взноса за Honda Civic.

Или я мог бы отложить, купить одежду или уехать на выходные в Майами, но вещи, которые я хочу, не имеют цены, а всё, что мне нужно, легко взять.

Я всё равно позволяю им платить мне. Это сохраняет ясность.

Держа чек над фонтаном, я бросаю его в пламя костра. Синяя бумага чернеет, надпись исчезает в мгновение ока.

Усмехнувшись, я выхожу из подъездной дорожки и иду по тихой полуночной улице.

Клёны и дубы выстилают улицу, старомодные газовые фонари отбрасывают тусклый свет в тёмную ночь, обозначая ворота поместий. Изредка пальма поднимается, закрывая звёзды, но мы всё равно не видим их из-за грозовых облаков, которые приходят как по расписанию каждый июнь. Жара обжигает кипарисы, пальмы и магнолии, смешивая их аромат с запахом мокрой земли и горячего асфальта. Через двадцать минут я тоже буду пахнуть так же — этот запах впитывается в кожу.

Айрон ненавидит это время года. Лето во Флориде — это пекло.

Но улицы становятся пустее по мере приближения июля и августа, когда генеральные директора вывозят семьи в места попрохладнее, а те, кто остаётся, медленно сходят с ума от раздражения и запертости. На дорогах люди теряют контроль над собой, когда какой-то придурок на BMW прижимается к ним в хвост на автостраде. Спина жены покрывается потом, когда с неё достаточно дерьма от изменяющего мужа, и она наконец даёт сдачи.

В жаркую погоду убийств происходит больше, чем в холодную.

Я знаю одно: в каждом времени года есть красота, если бы Айрон только посмотрел.

Сунув руки в карманы, прижав ладонь к телефону, я иду по городу. Сент-Кармен был основан после Саноа-Бэй сотни лет назад. Испанцы и португальцы претендовали на наш нетронутый маленький остров, колонизируя не только землю, но и племя семинолов, которое её населяло, а когда британцы, голландцы и французы ненадолго захватили контроль, наш Бэй сосредоточился на выживании вместо сохранения культурной идентичности. Наши предки научились бороться за землю вместо того, чтобы бороться друг с другом. Мы всё ещё объединены в той же битве сегодня.