Если я не ошибаюсь, в этом месте было... девять уровней. Я был уверен, что здесь есть уровни для похоти, обжорства, насилия и некоторых других смертных грехов. Может, воровства? Мне это показалось не совсем правильным. Сколько бы их там ни было, это, вероятно, была самая безобидная часть Ада. Все, с чем мы столкнемся дальше, будет еще хуже. Какая радость.

Дэн повернул налево, и я последовал за ним, когда он ступил на последнее, что я ожидал увидеть по эту сторону Завесы: настоящий эскалатор. Клянусь, так оно и было на самом деле. Я стоял навытяжку позади маленького демона, когда мы начали спускаться все глубже в Ямы. Краем глаза я впервые увидел Второй круг Ада.

Как мне уже приходилось признаваться, моя память о Данте устарела, но я не помнил круга, где на пляже бушевал жестокий шторм. Я наблюдал за тем, как люди в купальных костюмах бегают по песку, их швыряет ветер, хлещет ливень и тащат в море сокрушительные волны.

На стене у подножия эскалатора висела табличка с надписью: УРОВЕНЬ ДВА: ВОЖДЕЛЕНИЕ. Я не был уверен, что понял метафору. Пока мы шли по кольцевой, буря начала утихать. Засиял яркий свет, как будто выглянуло солнце, и пляж высох. Казалось, что бури никогда и не было. Я с отвращением наблюдал, как заключенные снова танцуют и веселятся, не заботясь ни о чем на свете.

Но вдалеке снова начали сгущаться темные тучи.

Присмотревшись, я заметил на лицах некоторых из них изможденные выражения, как будто они были измотаны, но не могли остановиться, понуждаемые какой-то ужасной сиреной продолжать веселье. Возможно, теперь метафора имела чуть больше смысла. Мы с Дэном зашли на другой эскалатор.

ТРЕТИЙ УРОВЕНЬ: ОБЖОРСТВО.

По этому этажу маршировали еще несколько штурмовиков, и мне потребовалось все мое внимание, чтобы соответствовать их темпу. Мимо нас проходили другие демоны в лабораторных халатах, с кожей такого же томатно-красного цвета, как у Дэна. Некоторые смотрели на нас с любопытством, но не задавали вопросов. Третий круг ада был странным. Люди оказались в ловушке в грязи, пока шел дождь, и что-то огромное и ужасающее двигалось в темноте, освещаемое только лужами лавы, которые придавали всему адское сияние. Еще один эскалатор.

ЧЕТВЕРТЫЙ УРОВЕНЬ: ЖАДНОСТЬ.

Я видел мужчин и женщин, погребенных в монетах, тонущих в лужах расплавленного золота, и другие ужасы, которые едва мог осознать. Это было определенно ужаснее, чем остальные, и я знал, что дальше будет еще хуже.

ПЯТЫЙ УРОВЕНЬ: ГНЕВ.

Гнев был самым простым из всех кругов, которые мы прошли до сих пор. Мужчины и женщины сражались на арене, которая постоянно уменьшалась, когда лава смыкалась, как петля, заставляя бойцов сходиться вместе. Погибшие бойцы поглощались магмой, чтобы через несколько мгновений появиться вновь, обреченные умирать снова и снова на протяжении вечности.

Я не мог не задаться вопросом, в какой круг меня бы определили, окажись я здесь обычным путем. Я не думал, что мной движет похоть. Жадность и обжорство мне тоже не нравились. А вот гнев было сложнее игнорировать. Глубоко внутри меня таился гнев. Иногда он был праведным, но разве это считается?

Не знаю, я здесь не работаю.

Именно на эскалаторе, спускающемся с Пятого круга, мы, наконец, столкнулись с неприятностями. Мы спустились на контрольно-пропускной пункт. Вместо беспрепятственного обзора ШЕСТОГО УРОВНЯ: ЕРЕСЬ, мы уперлись в двойные двери, устроенные наподобие воздушного шлюза.

"Ну вот, началось", - пробормотал Дэн себе под нос. Мои нервы, которые начали было успокаиваться после того, как я без проблем миновал стольких демонов, снова взвинтились. Маленький негодяй был очень плох в подбадривающих речах.

Штурмовики стояли по обе стороны от входа, вытянувшись по стойке смирно. Зубы, выгравированные на их масках, сверкали в первозданном свете высокотехнологичной инфраструктуры. Дэн провел нас между ними, не оглядываясь, и я последовал за ним, отбивая ногами ритм адского марша. Первая дверь открылась, пропуская нас, а затем закрылась, заперев в шлюзе безопасности. Сверху висела табличка с надписью: ТОЛЬКО ДЛЯ НЕАВТОРИЗОВАННОГО ПЕРСОНАЛА.

Я удивился, почему это название показалось мне таким знакомым. У меня возникло жуткое ощущение обреченности. Мне показалось, что это сокращение от одного из тех старых пугающих слов, которые мы нечасто используем, например дискордия - определение разногласия или спора. Оно вызывало во мне чувство постоянного отчаяния, что вполне соответствовало эстетике этого места.

В комнате перед второй дверью стоял скучающего вида охранник в такой же черной форме, но с офицерской фуражкой вместо маски. В отличие от всех других демонов, которых я видел до сих пор, он выглядел как человек, за исключением черных глаз. "Прошу предъявить документы", - усталым тоном потребовал он.

Чувство неподдельного ужаса вспыхнуло в моей груди, когда я рассмотрел внешность этого охранника. До сих пор единственные инферналы, которых я встречал, выглядевшие как люди, были Падшими ангелами или Лилит, которая была по-своему особенной.