Когда я посмотрел на свой последний оранжевый мяч, в голове промелькнуло воспоминание о том, как я играл со своим щенком в детстве. Иногда не обязательно бросать мяч, чтобы заставить собаку бегать за ним.

Чувствуя, как мой рот растягивается в ухмылке, я отвел руку назад, как профессиональный бейсбольный питчер, обхватив сферу костяшками пальцев. Затем прищурился, сосредоточившись на точке далеко вдалеке, отвел руку назад и резко выбросил ее вперед, как будто бросал мяч, по которому не смог бы попасть даже Бейб Рут.

Но я не отпустил его.

Как я и надеялся, Анубис клюнул на приманку, крутанулся на месте и помчался по песку, как охотничья собака. Когда он мчался, мой взгляд упал на оставленную им слюнявую сферу. Я сморщил нос от отвращения, но, прежде чем успел как следует подумать об этом, потянулся за скользким шариком. Двух душ, возможно, будет достаточно, чтобы выбраться отсюда.

Шар был влажным и теплым, отчего мне захотелось блевать, но времени терять было нельзя. Я помчался к воротам, спотыкаясь на песке и задыхаясь. Когда Анубис в следующий раз загнал меня в угол, в его рычании было еще больше угрозы, чем раньше. Я не мог поверить, что мне удалось обыграть двух мифологических собак Подземного мира.

"Да, да, - задыхаясь, пробормотал я, глядя на него. Неужели он стал более волосатым, чем несколько минут назад? Казалось, что шерсть, покрывающая его морду, начала распространяться по всему телу, как будто в нем появилось больше собачьего. Подумать только, смертные почтальоны проходят через это каждый день.

Охваченный любопытством, я поднял правую руку с еще не брошенным мячом и отвел ее назад. Анубис напрягся, как фоксхаунд, ожидающий, когда его отпустят. Я дернул рукой вперед, имитируя очередной бросок. Клыкастый бог дернулся, но не стал преследовать мой призрачный бросок. Из его горла вырвалось низкое рычание, и он уставился на светящуюся сферу в моей руке. Больше никаких фокусов.

"Я так и думал", - вздохнул я, воспользовавшись моментом, чтобы накачать еще немного фальшивого кислорода в свои фальшивые легкие перед следующим рывком. Анубис начал ерзать, и я понял, что он теряет внимание к игре. Поэтому бросил беднягу и побежал.

Так я оказался в семидесяти ярдах от барьера между Дуатом и Ничто, когда у меня остался один слюнявый шар. Я был уверен, что не набираю столько расстояния за бросок; может, пятьдесят, если повезет. Оставалось двадцать ярдов, которые мне предстояло преодолеть, не имея ни одной души, способной отвлечь бога смерти, кроме моей и Меган.

Псих.

Решимость разгорелась в моей груди, как теплый огонь. Из-за этого я снова начал скучать по волшебному духу огня. Мне бы сейчас очень пригодился его ракетный толчок. Мы бы с легкостью преодолели это расстояние. Но моего верного огненного спутника здесь не было. Не было и моих друзей.В кои-то веки я должен был спастись сам.

Вот и все.

Я отвел руку назад и бросил шар со всей силой, на которую было способно мое тело, призывая на помощь Смерть через кольцо. Темный холод наполнил меня до краев, сдерживая жар пустыни.

А потом побежал.

Дюны мелькали мимо меня, пока я мчался. В голове не было никаких мыслей, только одна цель: открытые ворота передо мной. Мое тело заботили только три функции:

Сделай глубокий вдох. Шаг-шаг-шаг. Выдохни.

Я больше не был человеком. Я был стрелой, и я летел к своей цели, а ветер свистел вокруг меня. Мои ноги, возможно, болели, мои легкие, возможно, горели, но я этого не чувствовал. У стрелы этого нет, как и у меня.

Осталось преодолеть тридцать ярдов.

Затем двадцать.

Десять.

Что-то тяжелое и темное ударило меня сбоку, отправив в полет, словно меня только что сбил с пути один из поездов метро Лос-Анджелеса. Я пролетел по воздуху и приземлился на спину на твердый песок, подпрыгнув при перекате.

Я закричал от ярости, позволяя силе моего падения поднять меня на ноги. Продолжая скользить назад, присел на корточки, и пролетел еще пару ярдов. Мои ноги оставили две длинные борозды в песке, когда я остановился.

У меня было достаточно времени, чтобы разглядеть темное пятно Анубиса, прежде чем он набросился на меня, как собака на свалке. Бог бросился ко мне на четвереньках, широко раскрыв пасть. Я прыгнул в сторону выхода, отчаянно пытаясь увернуться от его выпада.

Меня пронзил шок, когда его челюсти сомкнулись вокруг моего правого ботинка, резко остановив. Я упал лицом в пустынный песок, набрав полный рот мелких хрустящих частиц.

Нет! Этого не может быть. Я был так близко. Я злобно брыкался, пытаясь освободиться от его пасти. Но его укус можно было сравнить с укусом аллигатора. Собачий бог зарычал, усиливая хватку, и после недолгой борьбы мы оба лежали на песке. Собравшись с силами, я посмотрел на свою правую лодыжку в его пасти, опасаясь, что на месте конечности окажется искореженное месиво.