Я услышал, как Дон и демон поднимаются по лестнице позади нас. Драгун повернулся к Дойлу. "Я нашел этого, притаившегося на лестнице".

"Оруженосец Охотника шныряет в одиночестве там, где его не должно быть? Разве это не очаровательно?" Протянул Дойл. "Этому идиоту следовало бы сообразить, что лучше не бродить в темноте".

Я попытался солгать и сказать, что всего лишь искал комнату маленьких смертных мальчиков, но рука драгуна по-прежнему закрывала мое лицо. Ни один из моих протестов не был понятен, а вкус был такой, словно я лизал каблук чьего-то дорогого сапога.

"Справедливость есть справедливость", - сказал Дойл после минутного раздумья. "Убей его, и покончим с этим".

Когти, сжимавшие мою голову, сжались с невероятной силой. Единственная причина, по которой никто не услышал моего испуганного писка, заключалась в том, что мой рот был забит кожей ящерицы. Давление нарастало, и я представил, как мой череп взрывается, словно арбуз. По крайней мере, мой ужасный конец оставит злодеев с большим счетом за химчистку.

"Остановись", - приказала Самаэль.

Давление прекратилось, но не уменьшилось, когда дракон посмотрел на своего босса, ожидая указаний.

"Что ты имеешь в виду? Он слишком много слышал; мы должны его убить".

"У моего хозяина есть планы на Мэтью Карвера", - сказала Соблазнительница. "Его смерть наступит в назначенный час, который быстро приближается".

Мысль о том, что Дьявол уже спланировал мою смерть, заставила меня пожелать, чтобы дракон продолжал давить, просто чтобы досадить ему. Но потом я вспомнил, что все равно буду мертв, а моя душа потеряна, поэтому решил, что жить лучше, чем мелочно мстить.

Дойл на мгновение замолчал, переваривая информацию, полученную от Самаэль. Наконец он хмыкнул, и его драгун ослабил хватку на моей голове. "А как насчет того, что он услышал?" - потребовал Дон. "Мы просто отпустим его?"

"Пусть рассказывает, кому хочет", - ответила Самаэль, ее черные глаза отражали свет уличных фонарей под нами. "Скоро они все узнают". Холодная рука обреченности легла на мое сердце, когда она заговорила. Если она была настолько уверена в себе, то часть меня считала, что уже слишком поздно ее останавливать. Я видел ее работу вблизи. Если она считала, что я ничего не смогу с этим поделать, то, скорее всего, была права.

"А теперь возвращайтесь на вечеринку, общайтесь и доставляйте неудобства остальным гостям", - приказала Самаэль Дойлу и его драгуну.

"А ты?"

"Я скоро приду". Губы Самаэль искривились в злобной улыбке. "Мой хозяин передал мне несколько слов для Мэтью Карвера". Почему-то это было страшнее, чем то, что мне размозжат голову. Не слишком ли поздно вернуться к первому варианту? Оба дракона мрачно усмехнулись, но не сдвинулись с места.

"Ты уверена, что оставаться с ним наедине безопасно?"- спросил Дойл более серьезным тоном. "Он ведь убил Лилит". Теперь настала моя очередь угрожающе ухмыльнуться. Дракон был прав, у маленького смертного было несколько зубов.

"Как мило с твоей стороны". Самаэль насмешливо прищелкнула языком, надув губки. "Лилит старалась изо всех сил, но она не была настоящей семьей, если ты понимаешь, о чем я. Думаю, я рискну". Ее черные глаза блестели в темноте. Я изо всех сил старался не сглотнуть от ужаса. Что, если назначенное время моей смерти - следующие тридцать секунд?

Это было бы ужасно.

"Ладно, - проворчал Дойл через мгновение. "Храни свои секреты, демон, но если смертный прибьет тебя, как свинью, не приходи ко мне плакаться".

"Я бы никогда не стала", - весело ответила Самаэль.

"Было приятно иметь дело", - хмыкнул он. Он кивнул головой своему драгуну, и они вдвоем заскользили вверх по лестнице, оставив меня наедине с одним из самых ужасающих существ, которых я когда-либо встречал.

Наступила жуткая тишина, когда Соблазнительница уставилась на меня. Когда я впервые встретил ее, она была одета в купальник и отдыхала у бассейна с группой королевских фейри, ее звали Сэм. Это было настолько не угрожающе, насколько демон вообще может быть угрожающим. Сегодня она не держала свои карты так близко к груди, и это отражалось в каждом аспекте ее существа, от позы до ауры силы, которая, казалось, исходила от нее так же, как и от Загана, единственного падшего ангела, которого я знал.

"Рад тебя видеть", - сказал я через мгновение. Тишина начинала казаться мне зубами, разъедающими мой рассудок.

"Ты не собираешься спросить меня?" - спросила она, приподняв одну темную бровь.

"Что спросить?"

"Когда наступит назначенный час?"

"А ты мне скажешь, если я спрошу?"

"Как знать, может, и скажу". На ее губах появилась еще одна порочная ухмылка. Не знаю, возможно ли, чтобы демоны улыбались как-то иначе. По-моему, это нормальное явление.

Я уставился на нее, мысли метались. Это было своего рода испытание - я был в этом уверен. Демоны - народ коварный, и Самаэль, по общему мнению, был одной из самых коварных. Если она спрашивала меня, значит, хотела чего-то еще.