Жутко болела голова. И горло. Элли не могла говорить, а в желудке все переворачивалось. Как будто она наглоталась какой-то едкой кислоты.

Элли попыталась ощупать свой живот, но не смогла пошевелить левой рукой. Хотя правая рука по-прежнему двигалась, и она сумела поднести ее к глазам. Тыльную сторону ладони пронзила острая боль, и Элли увидела прикрепленную к ней иглу-бабочку и протянувшуюся от нее прозрачную трубку капельницы.

Левая же рука практически не двигалась.

Элли абсолютно ничего не помнила. Понятия не имела, как попала сюда.

Движение правой рукой потребовало слишком больших усилий. Веки отяжелели, и она не могла держать их открытыми, как ни старалась.

Темнота. Благословенная. Умиротворяющая.

А потом опять этот сон… Чемодан и грохот, с которым он слетал по ступенькам…

– Элли… – послышался чей-то голос.

Она открыла глаза и сразу поняла, что уже не ночь. Где-то позади нее светило солнце. Элли видела, как оно ярко освещает белый врачебный халат, отчего этот солнечный луч казался каким-то потусторонним, словно сияние небес, падающее на крыло ангела.

Это был он. Тот добрый доктор в очках в металлической оправе и с толстыми губами.

– Элли… Вы знаете, где находитесь?

Она попыталась заговорить, но у нее пересохло в горле и во рту. Попробовала пошевелить левой рукой, чтобы поднести ее к губам, но опять обнаружила, что та не слушается ее. Элли была слишком слаба, чтобы сесть. Слишком напугана, чтобы перевести туда взгляд. Ощущение в этой руке было каким-то странным. Левое предплечье и запястье казались такими холодными… Как будто их засунули в морозилку.

Она попала в аварию?

И потеряла левую руку?

Элли пошевелила правой рукой, вновь ощутив сопротивление иглы, потянувшей за трубку капельницы. Пальцы коснулись потрескавшихся губ. На ощупь те были как крупная наждачная бумага.

Доктор кивнул, после чего промокнул ей губы чем-то холодным. Наверное, льдом или просто мокрой льняной салфеткой. Это было приятно. Так успокаивающе… Как будто пьешь из холодного горного ручья после нескольких дней, проведенных в жаркой пустыне.

– В боль… больнице, – прохрипела Элли сквозь саднящее горло.

– Совершенно верно. Вы в больнице. В «Маунт Синай», и теперь ничего вам уже не грозит. Меня зовут доктор Джонс…

– Как… К-когда?

– Не волнуйтесь… Вы здесь уже четыре дня. Все с вами будет хорошо.

Элли заморгала. Облизнула пересохшие губы. И в этот момент на нее стремительным потоком нахлынули недавние воспоминания, переполняя гудящую голову.

Джеймс, ее новоиспеченный супруг… Любовь всей ее жизни… Застуканный в постели с ее лучшей подругой, а ведь и полугода со дня свадьбы не прошло!

Всеобщее внимание…

Обида…

Предательство.

И хоть теперь он вызывал у нее отвращение, Элли все равно любила своего мужа. Вот почему это причиняло ей такую боль. Ее ему оказалось недостаточно. Он хотел тот образ жизни, который она могла ему предложить, но не хотел ее саму. Когда они только начали встречаться, все было по-другому. Элли познакомилась с Джеймсом через приложение для знакомств. Они немного пообщались, и он показался ей на удивление, просто-таки исключительно нормальным человеком. Ему нравились красивая одежда, занятия спортом, книги, фильмы, плюс Джеймс оказался достаточно остроумным и веселым парнем. Без какого-то прошлого багажа. Без долгов. Он не был сволочным эгоистом – качество, что все реже встречается при онлайн-знакомствах. Он не стремился к контролю. Всегда был готов поддержать ее. Чистюля. Младший трейдер с Уолл-стрит с перспективой служебного роста, хорошими зубами и достойной медицинской страховкой.

Они встречались всего месяц, когда Элли познакомила Джеймса со своими друзьями и подругами. Поначалу Харриет не могла понять, с чего это Элли так запала на него. Харриет не устраивали обычные парни – она хотела кого-то особенного. Однако как раз нормальность Джеймса и делала его особенным, по крайней мере для Элли. Она точно не знала, когда Джеймс и Харриет начали встречаться на стороне, – могла лишь предположить, что это произошло вскоре после того, как Джеймс сделал ей предложение.

Харриет всегда жаждала того, чего не могла получить.

Они с Элли познакомились во время съемок для Недели моды. Элли – влиятельная персона в социальных сетях, Харриет – модель, выступающая на подиуме; они моментально нашли общий язык. После съемок отправились на какую-то коктейльную вечеринку, и ни одна из них не могла вспомнить чего-то особенного про тот вечер, кроме того, что им было явно суждено стать лучшими подругами. Харриет никогда не представлялась Элли просто живым человеком – она была своего рода богиней, на которую не распространялись общепринятые правила человеческого общества, работы, культуры или чего-либо еще. И находиться рядом с такого рода личностью – это зачастую все равно что нести горящий факел. Он ярко освещает мир вокруг тебя, но ты понимаешь, что рано или поздно этот факел либо погаснет, либо сильно обожжет тебя.