– Морри придется продать магазин и свой дом, и он все равно не наберет четверть миллиона долларов после уплаты всех долгов и налогов, – возразил я.

– Да, черт возьми, мой клиент серьезно пострадал, и это вина Морри! Придется ему раскошелиться, – сказал Джен, указывая на своего клиента, сидящего на скамье у стены.

Это был тот парень в оранжевой рубашке, которого я уже сегодня видел. К бедрам его были прислонены костыли, на лице застыло страдальческое выражение.

Истец, Невилл Кармайкл.

– Вот как я собираюсь поступить, Джен… Сейчас я тоже сделаю тебе одно предложение. Действительное только сегодня и не подлежащее обсуждению. Ты примешь его прямо сейчас, или вопрос снимается с повестки дня. Ты меня понял?

– Не надо меня недооценивать, Эдди, только не надо… Какое еще может быть предложение – я просто не могу упасть ниже четверти миллиона в этом деле, иначе мой клиент сам подаст на меня в суд и будет прав.

– А суть моего предложения в следующем… Предпочитаешь латынь? Морри уплачивает nihil. Ничего. Нуль. Морри выплатит тебе нуль долларов нуль центов…

Джен возмущенно развел руками.

– Подожди, я еще не закончил. Морри ничего не платит. А вот ты или твой клиент выплатите ему десять тысяч на расходы по делу. И купите мне завтрак. Последний раз предлагаю.

– Эдди, тебя что, удар хватил? Ты, блин, головой стукнулся? Да что это с тобой такое, черт возьми?

– У тебя есть при себе какие-то деньги? – спросил я.

– Конечно же, есть, – недоумевающе ответствовал Джен.

– Хорошо, потому что вот и мой завтрак.

Велосипедист, доставщик еды, протолкался к нам сквозь толпу. Звали его Дариус Джонсон, но все зовут его Порк Чоп, – в честь его отца, который работал в мясной лавке в Бед-Стай и каждый вечер возвращался домой с полным пакетом котлет на косточке. С тех пор как Дариус вырос и съехал от родителей, он стал веганом. Но прозвище прижилось.

Он снял со своего зеленого велосипедного шлема видеокамеру «гоу-про» и протянул ее мне. Я ткнул на кнопку воспроизведения и показал камеру Джену.

– Твоего клиента трудно не заметить в этой оранжевой рубахе… Видишь ли, сегодня утром он вышел из автомобиля своей жены возле твоей конторы без всяких проблем с подвижностью. И даже отпрыгнул в сторону от велосипеда Дариуса, после чего сразу же вскочил на ноги и принялся орать на него. Он заходит в твою контору, через несколько минут идет с тобой в ортопедическую клинику по соседству, и опять никаких проблем с конечностями. Короче, у тебя сразу две проблемы. Во-первых, ни ты, ни твой клиент не видите, что Дариус снимает вас из-за припаркованной машины. А твоя вторая проблема в том, что, когда Невилл появляется из клиники, то внезапно выглядит так, будто свалился с крыши четырехэтажного здания. И присутствующий здесь Дариус снял все это для меня на видео.

– Черт… – буркнул Джен. – Так ты все это подстроил, Эдди?

– Ты чертовски прав, именно что подстроил! Вот что произойдет, если вы не примете мое предложение: это видео будет передано судье по данному делу, а затем в офис окружного прокурора, после чего тебя лишат лицензии и привлекут к ответственности за мошенничество – и твоего клиента тоже.

– Чушь собачья, – пренебрежительно бросил Джен. – Ты блефуешь. Никто из прокурорских и смотреть на это не станет…

Я тут же вытащил телефон и позвонил в центральный офис суда округа Кингс. Это здание суда славится тем, что в нем работают самые дружелюбные, информированные и услужливые сотрудники. И они любят меня. На Пасху я всегда посылаю им пончики, и еще четыре корзины с едой на Рождество.

Трубку сняла Энн Маккартни. Ей был семьдесят один год, она была одинока, мудра, грозна, а еще редкостная приколистка.

– Эдди Флинн, когда ты наконец пригласишь меня на ужин? – поинтересовалась она.

– Я разведенный трудоголик, Энн, вы заслуживаете лучшего. Сделайте мне одолжение, пожалуйста, – вызовите помощника прокурора Криса Дойла на третий этаж…

Объявление прозвучало из громкоговорителей почти сразу же.

«Крис Дойл, будьте добры пройти на третий этаж, по просьбе Эдди Флинна!»

Джен скрестил руки на груди, но я видел, что он явно приуныл. Мы выложили свои карты на стол. Теперь настал момент открыть мои.

Я отошел от Порк Чопа и Джена и встал перед лифтами. Пару минут спустя двери открылись, и вышел Крис. Я встретил его, стараясь держаться спиной к Джену, и достал из кармана ключи от машины Криса. Он улыбнулся и взял их, а я постарался, чтобы Джен этого не заметил.

– Спасибо. Где ты их нашел? Я только несколько минут назад понял, что они пропали, – сказал Крис.

– Их нашел Джен Джефферс. Видишь мужика позади меня, который выглядит так, будто полгода не ел?

Мы оба повернулись и посмотрели на Джена. Вид у того стал совсем уж нерадостный. Порк Чоп прикрывал рот рукой, стараясь, чтобы Джен не заметил его беззвучного смеха.

Я указал на Джена; Крис сделал то же самое, чтобы убедиться, что я имею в виду именно того парня.