Я услышал, как на мой уровень въехала еще одна машина. Опять «БМВ». Навороченная «эмка». Густо-синяя, почти черная.

Отвернувшись от Джена и его клиента, я подошел к молодому человеку, выбравшемуся из «бэхи». Это был Крис Дойл – молодой, подающий надежды помощник окружного прокурора. Умный и справедливый. По крайней мере одно из этих качеств означало, что в окружной прокуратуре ему ничего не светит. Крис лишь совсем недавно окончил юридический факультет, и я полагал, что он протянет еще максимум полгода, прежде чем устроиться на работу в одну из старых юридических фирм на Манхэттене, – с его реальным опытом в уголовном судопроизводстве, связями в прокуратуре и сердцем, полным гордости и сознания собственной значимости, которые приходят на государственной службе. Но на одной гордости не проживешь. Крису предстояло заколачивать серьезные деньги, работая на какую-нибудь крупную корпорацию.

– Здоро́во, братан, – сказал я.

– Эдди, ты поджидаешь меня здесь, чтобы побить? – спросил он с улыбкой.

– Я больше никого не бью, Крис. У меня есть люди, которые делают это за меня.

– Выходит, Блок теперь по другую сторону баррикады?

– Нет, ты ей нравишься. Особенно после сделки с малюткой Джеки.

Крис сжалился над одним моим старым клиентом. В свое время Джеки был отличным игроком в карты и непревзойденным шулером. Его прихватили с наличными, о происхождении которых он не смог отчитаться, когда его арестовали за нападение на одного урода, который явился по его душу с десятифунтовым молотком. Джеки обчистил парня за карточным столом, после чего был вынужден действовать в целях самообороны. Полиция не любит Джеки, равно как и нелегальные карточные игры, поэтому они арестовали его. Крис оказал нам с ним большую услугу, позволив Джеки оспорить обвинения и отделаться полугодом условно и постановлением о конфискации наличных.

– Двинешь в суд пешочком? – спросил я.

– Почему у меня такое впечатление, будто тебе от меня что-то нужно?

– Не знаю, что навело тебя на эту мысль, но теперь, когда мы вместе идем в суд, я думаю, что вполне могу малость просветиться на тему отмывания денег…

Крис написал несколько статей для различных юридических изданий, посвященных законам о банковской деятельности и цифровому мошенничеству. Он знал, о чем говорил. Мы нашли лифт. Крис вошел первым, я за ним.

Он наклонился, чтобы нажать кнопку с буквой «В» – вестибюль.

Я задал ему какой-то вопрос о цифровом мошенничестве и RICO.

Когда он начал отвечать, я не слушал. Тема цифрового мошенничества и RICO не волновала меня никаким боком. Я просто хотел дождаться того момента, когда он отвлечется, сосредоточившись на панели лифта, наклонится и отвернется от меня, чтобы я мог подрезать ключи от машины, лежащие в кармане его пиджака.

Учился я у настоящих мастеров своего дела. В первую очередь у своего старика. Он называл это «умные руки». Чтобы чисто выполнить карманный щипок, вам нужно соблюсти два противоречивых требования одновременно. Вы должны действовать быстро. И при этом мягко. Быстрое движение руки приводит к напряжению мышц – но главное, чтобы запястье оставалось расслабленным. Напряженное запястье означает твердость пальцев, а это значит, что терпила почувствует щипок.

Благополучно скинув ключи от машины Криса в карман, я делал вид, будто внимаю ему, пока он вещал мне о последних достижениях в той области права, в которой мало кто сечет. Лифт доставил нас на первый этаж, и мы вместе завернули за угол и через Бруклинский парк двинулись к зданию суда. Тут я сказал Крису, чтобы он шел вперед – мне, мол, нужно встретиться с клиентом на улице. По правде говоря, я просто не хотел, чтобы он видел, как я достаю ключи от его машины из кармана и кладу их в пластиковый лоток, когда прохожу досмотр на входе в суд.

Крис вошел в здание впереди меня. Я минут десять выждал, затем последовал за ним.

Гражданский суд находится на третьем этаже. Уголовный – на четвертом.

Поднявшись на лифте на третий этаж, я увидел, что мой клиент нервно расхаживает по коридору. Адвокаты и их клиенты выстроились вдоль скамеек или прислонялись к крашеным бетонным стенам. Морри был одет в белую рубашку с расстегнутым воротом и черные брюки. Его животик благодушно нависал над ремнем. Морри любил канноли.

– Эдди, ну где тебя носило? – с ходу напустился он на меня.

– Я готовился к слушанию. Ну, как настроение, Морри?

– Я буквально схожу с ума! Просто не могу в это поверить. Клянусь тебе, я вымыл пол за ночь до того, как это случилось! В то утро мы не резали мясо, поэтому я не понимаю, как этот тип ухитрился поскользнуться на ломте прошутто! Это просто исключено!

– Я знаю. Я тебе верю, – сказал я.

– У меня не так много денег, Эдди. Глория заболела и сейчас лежит в больнице…

Его жена Глория лечилась от язвы. Врачи никогда бы этого не сказали, но я знал, что стресс, связанный с этим случаем, явно сказался на здоровье этой пожилой пары.