С наступлением темноты в деревне становится довольно тихо. В главном домике разведен небольшой костер, потому что Стейси любит готовить там и следит за тем, чтобы о старших заботились, даже о тех, у кого нет пары. Не слышно звонкого, жизнерадостного смеха Гейл, потому что Гейл и Ваза — и девочки Лиз, и Рухар — все отправились с Вероникой и Аштаром обратно в пляжное племя.

Может быть, именно поэтому я сегодня так запаниковала. Обычно Гейл помогает мне с учебой, но сегодня ее не было. Я не против, что она ушла. Я так рада за нее, потому что знаю, что она хочет стать матерью ребенка, а в племени Ледяного дома остался сирота. Но это всего лишь еще одна из моих систем поддержки, которую у меня отняли, и мой маленький извилистый мозг ненавидит это.

Вот в чем проблема с беспокойством. Если что-то в рутине меняется, даже что-то незначительное, возникает ощущение, что все выходит из-под контроля. Включается мысленная «Красная тревога», и мой мозг сходит с ума.

Я делаю еще один глубокий вдох, снова заставляя себя отвлечься от негативных мыслей. После встречи с Мэйлак мне стало легче, потому что я чувствую себя намного спокойнее. Я медленно выдыхаю, наблюдая, как мое дыхание превращается в облака в ночи. Из соседней хижины доносится слабый звук разговора, а затем воздух оглашает тихий стон.

Кто-то занимается сексом.

Черт возьми, теперь я очень, очень скучаю по Золайе. Я поглаживаю свой огромный живот.

— Думаю, сейчас это не имеет значения. Ты лежачий полицейский, если таковой вообще когда-либо существовал, малышка.

Продолжая поглаживать живот, я ковыляю на дальний конец деревни. Мэйлак находится дальше по улице от хижины, которую я делю с Золайем, но, к счастью, моя лучшая подруга Марлен живет по соседству. Так намного проще распределять обязанности по дому. Под моими ботинками хрустит легкая пыль, покрывающая булыжники деревенской мостовой, и я улыбаюсь Кемли и Боррану, проходя мимо них. Завтра новый день, и это еще на один день приблизит возвращение моего Золайи домой.

О, Золай. Я представляю, как он крепко прижимает меня к себе, его голова прижимается к моей, висок к виску, когда мы лежим в постели, обнявшись. Я даже вспоминаю те времена, когда он обнимал меня во сне, но его голова была повернута не под тем углом, и он чуть не выбил мне глаз своими рогами. Я бы даже обрадовалась этому прямо сейчас, потому что мы бы посмеялись над этим и снова прижались друг к другу, а потом, возможно, поцеловались бы… или даже больше.

От одной мысли о моей второй половинке, мне снова хочется плакать.

Звонкий, счастливый смех разносится в ночи. Это смех ребенка, мальчика. И это заставляет мое сердце вспомнить, что не все так плохо, когда моя вторая половинка в отъезде. Я узнаю этот тихий радостный смех где угодно — мой Аналай.

Я подхожу к хижине Марлен и Зэннека и встряхиваю костяные колокольчики, которые служат дверным звонком. Мгновение спустя занавеска отодвигается, и Марлен наклоняет голову, оценивающе глядя на меня.

— Все в порядке?

Я киваю.

— Более или менее.

— Пойдем, — говорит она и тянет меня внутрь. В хижине Марлен уютно, как только может быть уютно, в центре комнаты горит огонь. Зэннек, ее тихая пара, сидит в углу хижины и что-то вырезает из кости. Зален и мой маленький Аналай сидят со своими мисками у огня в ожидании ужина. Марлен подводит меня к единственному табурету внутри, как будто она приберегала его для моего возвращения. — Пойдем, не так холодно, мой коко. Мы ужинаем. Хопперы и тушеные коренья, мммм. Это вкусно. — Она высовывает язык и постукивает по нему пальцем, отчего Аналай и ее Зален снова начинают хохотать. Зэннек просто медленно, с довольным видом улыбается и кивает мне в знак приветствия. Из всех мужчин ша-кхай он, наверное, самый тихий, что забавно, учитывая, что Марлен и сама довольно тихая. Я думала, что когда они соберутся вместе, между ними не будет ничего, кроме тишины, но моя милая подруга становится разговорчивой, когда вокруг мало людей. Похоже, она чувствует себя свободно в небольших группах.

Я это прекрасно понимаю.

Марлен суетится вокруг всех, раскладывая еду, превращая это в игру и напевая французские детские стишки, пока накрывает на стол. Детям это нравится, и я подозреваю, что она такая веселая, потому что я сегодня такая грустная. Это так заботливо с ее стороны. Мне действительно повезло, что я оказалась на Ледяной планете с женщиной, которая стала мне таким хорошим другом.

И, конечно, с моей Золайем.