Жилой дом, в котором жила Регина Дарлинг, представлял собой двадцатиэтажную башню из белого кирпича, устремлённую в небо над Манхэттеном. Нижние этажи были облицованы белым мрамором, благодаря чему всё здание сияло в лучах полуденного солнца. Бронзовые двери высотой три метра отделяли тротуар от вестибюля. Масштаб был выбран намеренно, чтобы жильцы здания чувствовали себя важными персонами, а гости незначительными. Как и само здание, вестибюль жилого дома был отделан в белых тонах, а пол выложен мозаикой из белых, голубых и бледно-фиолетовых плиток. Просторные помещения были обставлены элегантной мебелью, расставленной небольшими группами, чтобы в этом огромном пространстве можно было вести задушевные беседы. У задней стены располагались два лифта, обрамлённые бронзовыми панелями, как и входные двери.

Реджина жила на восемнадцатом этаже, не в пентхаусе, но все равно это было далеко за пределами того, что Алекс могла себе позволить. Лифт открылся в широком коридоре с кремовым ковром и белыми дубовыми столиками с цветами. Алекс повернула направо и посмотрела на дом номер семь. Она оказалась в конце другого коридора на углу здания.

Он постучал и подождал.

Изнутри не доносилось ни звука, поэтому он постучал еще раз.

— Одну минутку, — раздался женский голос изнутри.

Примерно через две минуты замок заскрежетал, и кто-то потянул на себя дверь. Дверь загремела, и человек за дверью выругался.

Алекс улыбнулся, когда замок снова заскрежетал и щелкнул. Дверь была оставлена незапертой, а человек, находившийся внутри, случайно запер ее. Мгновение спустя дверь приоткрылась, и на него уставился налитый кровью зеленый глаз.

— Что такое? — спросил женский голос. — Вы хоть представляете, который час?

Алекс достал свои часы и открыл их.

— Сейчас десять минут четвертого, — сказал он.

— У меня первый звонок только в пять, — сказала она. — Уходите по крайней мере на час.

Дверь закрылась прежде, чем Алекс успел сказать что-либо еще. Он постоял там мгновение, раздумывая, что делать, затем поднял руку, чтобы постучать еще раз. Дверь снова открылась, прежде чем он успел опустить руку, и зеленый глаз вернулся.

— Ты не мой водитель, — заявила она.

— Реджина Дарлинг?

— Кто вы?

— Меня зовут Алекс Локерби. Я частный детектив.

— Я вас для чего-то наняла? — спросила она с ноткой искреннего замешательства в голосе. Сначала Алекс подумал, что она, возможно, пьяна, но она казалась скорее уставшей, чем опьяневшей.

— Нет, — сказал Алекс. — Вообще-то, мне нужно поговорить с вами о Маргарет Ласалль.

— Писательнице? — сказала она, уже почти проснувшись.

— Да, ее убили, и я пытаюсь докопаться до истины, — объяснил Алекс.

— Маргарет мертва? — ахнула Реджина. Она начала открывать дверь, но почти сразу остановилась.

На долю секунды дверь приоткрылась, и Алекс увидел волевой подбородок, переходящий в заостренный нос с горбинкой, и русые волосы цвета свежескошенной пшеницы. Было видно, что она не накрашена, а под глазами у нее залегли темные круги, но она все равно была прекрасна.

— Боюсь, что так, — подтвердил Алекс. — Кажется, она приходила поговорить с вами несколько месяцев назад. Я хотел бы задать вам несколько вопросов о том, о чем вы беседовали.

Зеленый глаз скользнул по Алексу, а затем веко опустилось, и глаз наполовину закрылся.

— Я помню, — сказала она. — Она мне нравилась. Я даже начала читать некоторые ее книги.

— Вы не против, если я войду?

Кожа в уголке глаза дрогнула, и Алекс заметил ямочку на щеке.

— Боюсь, я не могу принять вас прямо сейчас, мистер Локерби, но я хочу помочь вам найти убийцу Маргарет. Я участвую в спектакле в театре Шуберта, и мне нужно собираться на работу. Почему бы вам не зайти ко мне в Гримерку после позднего представления, и тогда я смогу ответить на ваши вопросы?

Алекс колебался. Ему не хотелось ждать, пока мисс Дарлинг закончит свою пьесу.

— Вот что я вам скажу, — сказала Реджина, когда он не ответил сразу. — Вечернее представление начинается в 9, я оставлю для вас билет в кассе. Вы можете посмотреть шоу, а потом мы встретимся. Просто зайдите в мою Гримерку, и я отвечу на ваши вопросы, договорились?

Алекс кивнул.

— Хорошо, мисс Дарлинг, — сказал он. — До вечера.

Алекс остановился на выходе из здания, чтобы позвонить в свой офис. Он должен был сделать это, когда позвонил Дэнни, но в театре "Роял" была только одна телефонная будка.

— Как там дела? — Спросил Алекс, когда Шерри подняла трубку.

— На этой неделе мне уже трижды звонили с просьбой найти потерявшихся собак, — сказала она. — Я могла бы взяться за эту работу, если бы ты показал мне, как пользоваться поисковой руной.

Алекс совсем забыл о визите Лесли и своем кратком возвращении в бизнес по поиску собак. Он все еще не знал, кто назначил Шерри его секретаршей, и инстинктивно старался держать ее на расстоянии вытянутой руки от своей магии. Тем не менее, ему нужно было, чтобы она доверяла ему, если он когда-нибудь собирался выяснить, что она делает в его кабинете, и обучение ее использованию руны поиска на самом деле не дало бы ей никакой новой информации. В конце концов, написание руны и ее использование — это две совершенно разные вещи.

— Это неплохая идея, — сказал он. — Давайте я разберусь с этим делом Ласаль, а потом у меня будет время научить вас.

— Ты не пожалешь об этом, босс, — сказала она с ликованием в голосе.

— Итак, есть какие-нибудь сообщения?