— Отойди, — прошептал Дэнни, доставая из кармана куртки свой специальный полицейский пистолет 38-го калибра.

Алекс не был готов к неприятностям, его "Кольт" 1911 года выпуска и кастет лежали в оружейном шкафу в его хранилище, поэтому он отошел от двери. Держа пистолет наготове, Дэнни плечом распахнул дверь и быстро вышел из-за нее, опустив оружие.

— Полиция, — крикнул он. — Не двигайтесь.

Кто-то внутри встревоженно закричал, когда Дэнни вошел в комнату.

— Что вы делаете? — произнес мужской голос.

Алекс проследовал за Дэнни в комнату и увидел, что он стоит перед невысоким лысеющим мужчиной в мятом костюме. На нем были очки, из-за которых его глаза казались комично большими, а темные волосы были зачесаны на широкую лысину. Его пальцы были покрыты чернильными пятнами, а в одной руке он держал авторучку.

— Кто вы? — Спросил Дэнни у мужчины. Он опустил пистолет, но не убрал его.

— Я Пол Бакстер, — крикнул мужчина. — Я тот, кто позвонил тебе.

Алекс и Дэнни обменялись взглядами, когда Дэнни убрал оружие в кобуру.

— Мы здесь, потому что вы издатель Маргарет Ласалль, — сказал Дэнни. — Мы расследуем ее убийство.

Пол Бакстер выглядел удивленным.

— Почему вы позвонили в полицию, мистер Бакстер? — Спросил Алекс.

— В том-то и дело, — сказал он. — Это насчет бедной Маргарет.

— Что с ней? — Спросил Дэнни.

— Сегодня утром я получил посылку по почте, — сказал он. — Маргарет отправила ее на прошлой неделе, очевидно, перед смертью. Это была рукопись ее новой книги "Петух прокукарекал на закате".

Алекс почувствовал, как волосы у него на руках встают дыбом, и улыбнулся.

— Мы бы хотели на это взглянуть, — сказал он. — Возможно, это как-то связано с тем, почему её убили.

— Я бы с радостью вам помог, но именно поэтому я и вызвал полицию, — сказал Бакстер. — Пока я был на обеде, кто-то проник сюда и украл её.

8. Подозреваемые

Алекс толкнул дверь своего кабинета в десять минут шестого. Он весь день прочесывал офисы издательства "Бродстрит" частым гребнем, но ничего не нашел. В приемной скапливались все рукописи, которые Пол Бакстер не просил читать, так что вся комната была усеяна отпечатками пальцев, и отличить одни от других было невозможно. В кабинете тоже ничего не обнаружилось. Алекс проверил стол Бакстера, но нашел только отпечатки пальцев издателя. Тот, кто похитил рукопись Маргарет Ласалль, наверняка был в перчатках.

— Все так плохо, босс? — спросила Шерри, увидев выражение лица Алекса, когда он вошел. Она стояла у невысокого шкафа для документов и наливала себе кофе из кофейника.

— Хуже, — ответил Алекс, бросив шляпу на вешалку. — У меня два дела, в которых нет подозреваемых и почти нет зацепок.

Шерри улыбнулась ему и пошла с полной чашкой кофе к своему столу.

— Возможно, я смогу вам помочь, — сказала она. Она села, сделала глоток из чашки и тут же поморщилась. — Когда ты снова поедешь в Эмпайр-Тауэр? — требовательно спросила она, сурово глядя на Алекса. — Я весь день копалась в старых газетах и вся в пыли. — Она демонстративно отряхнула блузку. — Мне нужна хорошая порция кофе.

— Утром я съезжу к Марни, — пообещал он. — Я даже возьму с собой термос, чтобы кофе хватило на всех. — Шерри просияла и поставила чашку с кофе на стол. — Ну, что у тебя для меня есть? — спросил Алекс, присаживаясь на край ее стола.

Она достала блокнот, исписанный мелким почерком, и начала перелистывать страницы.

— Итак, — сказала она, собираясь с мыслями. — Долли Андерсон была самой яркой звездой Бродвея несколько лет назад. Она играла в пьесе под названием "Галерея негодяев". В день премьеры она вышла на сцену за телефонным аппаратом и на глазах у всех получила удар током от неисправного провода.

— Я и не думал, что в спектаклях используют настоящий реквизит, — сказал Алекс, делая мысленную пометку разобраться в этом вопросе.

— Это был не настоящий телефон, — сказала Шерри, перелистывая несколько страниц. — Согласно отчётам, в нём был только звонок, чтобы можно было позвонить, но для этого требовалось питание. В общем, в итоге это признали несчастным случаем, но несколько месяцев газеты пестрели безумными теориями.

— Например, какими?

Шерри перевернула ещё несколько страниц.

— Ну, во-первых, пьесу написал парень по имени Бенни Харрингтон, — сказала она. — Его карьера шла под откос, потому что две его последние пьесы провалились.

— Как же тогда он заполучил самую известную актрису Бродвея? — спросил Алекс.

— Судя по всему, они были друзьями, — ответила Шерри. — Но ходили слухи, что она собиралась отказаться от роли в последнюю минуту, и это погубило бы Харрингтона.

— И тогда он убивает её на сцене? — спросил Алекс. — Это не сулило ничего хорошего для бизнеса.

— Это было не так. Спектакль закрыли в тот же вечер, и Харрингтон разорился. Через год он умер от пневмонии.