Не желая упускать ни капли этого великолепия, я задвигался быстрее, проводя языком по ее промежности и клитору. Когда мои руки сжали ее бедра, я насладился глубокой дрожью в ее мышцах.

Решив довести ее до оргазма снова, я переместил правую руку и ввел в нее два пальца, загибая их к точке G. Я содрогнулся, когда ее стенки сжались вокруг меня.

— Так узко, детка. Не могу дождаться, когда почувствую тебя на своем члене. Мне нужно завладеть каждой частичкой твоего тела.

— Д-да, — пробормотала она, приоткрыв рот. Она сжала свои груди, словно держась за жизнь.

Предэякулят так обильно сочился из моего члена, что я практически лежал в мокром пятне, таком же большом, как и то, что было под Эмми. Несмотря на все мои старания поглотить все ее соки, моя девочка оказалась из тех, кто брызгает, и я был, чертовски в восторге от этого.

Новая цель в жизни: следить, чтобы мы оба каждое утро оказывались в луже.

И каждую ночь.

И в обед.

Целый, блядь, день.

ГЛАВА 29

ЭММИ

Келлан Джексон был восхитительно порочен на язык. Хантер тоже любил им работать, но разница была в том, что Келлан не знал сдержанности. Хантер всегда оставался собранным и действовал обдуманно, и мне это нравилось, потому что, когда он все же терял контроль, это производило ошеломляющий эффект.

Мой золотой мальчик вылизывал меня с той же свирепой страстью, с какой брался за все в жизни: безрассудно и с полным безразличием к чужому мнению. Кроме моего. Он был целиком и полностью сосредоточен на том, чтобы доставить мне удовольствие, и его самоотдача была не похожа ни на что, что я когда-либо испытывала.

Келлан был живым воплощением хорошего мальчика и заслуживал самой высшей похвалы.

Я кончила уже дважды, а он заводил меня на третий. Напряжение нарастало от основания позвоночника, пока не прорвалось сквозь меня волной. Келлан зарычал и еще сильнее прижался ко мне лицом, слизывая мой оргазм, словно тающее мороженое, которому он не позволял упасть на землю. Он меня доконает. Но какая это была бы смерть.

— Альфа, — взмолилась я, когда первобытный инстинкт взял верх и я потеряла над собой контроль.

Где-то на задворках сознания крошечная часть меня паниковала из-за того, что мы создали связь. Отголоски его эмоций смешивались с моей энергией в самых ее глубинах. Истинное слияние сущностей оборотней.

Так что, да. Связь была полной. Я сама сделала то, что клялась никогда не совершать, но даже в панике не испытывала сожалений. Если альтернативой связи была смерть Келлана, то… я бы связывалась с ним хоть каждый день. А с остальным мы разберемся позже.

Келлан поднял лицо. Его губы блестели, и он улыбнулся во весь рот.

— Я, вообще-то, не уверен, что не умер, Крошка. Можешь подтвердить, что это не рай?

У меня так перехватило горло, что я едва смогла ответить.

— Слишком рано шутить об этом, Золотой. Слишком рано.

Я не знала, смогу ли когда-нибудь избавиться от воспоминания о том, как жизнь покидала его, пока огонь и магия терзали его тело.

Его кривая ухмылка напомнила мне обо всем хорошем, что есть в этом мире. Он прополз по мне вверх и прижался своими губами к моим. Я почувствовала на его губах и бороде свой вкус. Обычно он не носил щетину, но в душе бриться не стал, и мне нравился этот его хулиганский вид.

Когда он устроил свое большое тело между моих бедер, от ощущения его веса, вжимающего меня в кровать, у меня закружилась голова. Он был крупным и мускулистым с головы до ног.

— Позволь заранее извиниться за этот первый раз, — прошептал он мне в губы. — Я просто слишком отчаялся, чтобы ждать.

Прежде чем я успела ответить, он приподнялся, и как только головка его члена растянула мой вход, он резко толкнулся, и я вскрикнула. Ему потребовалось еще несколько толчков, чтобы войти на всю длину, и я была почти уверена, что он такой же огромный, как Хантер, а тот был просто монстром.

Когда наши взгляды встретились, его глаза горели ярким фиолетовым цветом, а укус на моей шее запульсировал, посылая еще один разряд чистого удовольствия прямо в центр моего естества. Неужели я чувствовала его возбуждение так же, как и свое?

— Блядь, — выдохнула я, не в силах оставаться неподвижной и подавая бедра выше. — Ты такой потрясающий.

Келлан низко зарычал.

— Я сейчас взорвусь, как подросток, детка. Не суди меня за это, потому что я смогу все наверстать.

— Я не осуждаю… — выкрикнула я, когда он снова толкнулся, с такой силой, что меня едва не подбросило на кровати. Сильные руки Келлана поймали меня, он обхватил ими мою голову, притягивая нас ближе. Он целовал мою шею, безжалостно вбиваясь в меня.

Несмотря на три уже пережитых оргазма, во мне стремительно нарастал новый, на этот раз более глубокий и сильный.

— О, богиня, — пробормотала я, находясь в полубреду. — Я не могу… это слишком… так чертовски хорошо.

Келлан низко зарычал и поднял голову, чтобы впиться в меня взглядом такой силы, что мое сердце, казалось, вот-вот взорвется.