Она дочитала абзац до конца и подняла голову. Очки она сняла неспешно, сложила дужки и опустила на колени поверх книжки.

– Что хотели эти служащие?

Тайрон молча повёл глазами в сторону мальчика. Элеонора выдержала короткую паузу и кивнула, вопросов больше не последовало. Этого взгляда было достаточно, чтобы понять цели опеки.

В коридоре простучали каблуки, и в гостиную вошла Ева. Щёки её горели, пальцы мяли манжету блузки. Она встала между сыном и дверью не задумываясь. Тайрон понял, что весь визит она смотрела из окна верхнего этажа.

– Эти люди... Они ведь приезжали за сыном?

– Приезжали и уехали, – спокойно подтвердил Тайрон. – Мой сын доверил вас нам, сеньора. Поэтому не беспокойтесь, под этой крышей вам ничего не угрожает.

Ева выдохнула, плечи её опустились. Она поблагодарила кивком, помедлила и шагнула к креслу.

– Сынок, идем, милый. Не мешай доне Элеоноре.

Мальчик насупился и вцепился в обивку, дона Элеонора в ответ едва заметно накрыла книжку ладонью. Тайрон подошёл ближе и окинул рыжего постояльца оценивающим взглядом.

– Да, действительно, здоровячок, – заключил он. – Пойдём, кое-что покажу.

Лурье сполз с подлокотника и сунул руку в протянутую ладонь. Ева растерянно оглянулась на хозяйку дома.

Элеонора вернула очки на столик и мило улыбнулась женщине.

***

У Тайрона неожиданно образовались выходные.

Он проверил все свои дела. Сводка по Перифону пришла ещё вчера: сборка шла по графику, комплектующие поступали без сбоев, а инженеры укладывались в сроки. Издательство тоже не требовало хозяйской руки, редакции работали, типографии печатали, реклама продавалась. Срочных встреч никто не назначал, совет директоров собирался только через неделю. Дела дома дэ Фуэго впервые за долгое время позволяли главе семьи исчезнуть на пару дней.

Вопрос упирался лишь в то, на кого сбросить текучку. Ответ был очевиден, оставить всё на Джозефа. Пост наследника обязывает, а сын за минувшие недели заметно подтянулся. Знает, что делать, не маленький.

Если бы не новый маленький гость, чем бы занимался Тайрон?

По совести, эти дни он и так провёл бы дома, отдыхая. Только вот отдых в его исполнении давно приобрел странные формы. Кабинет, задернутые шторы, стакан виски и блокнот с расчетами. Очередная схема, новая комбинация, козни против свежепоявившегося недруга. Он называл это планированием на перспективу, хотя со стороны занятие подозрительно напоминало работу, просто без галстука.

Где-то между сделками и войнами он растерял понимание того, из чего состоит настоящая жизнь. И рыжий постоялец появился в доме как нельзя вовремя. Ситуация с опекой лишь добавила поводов никуда не уезжать, всё наложилось одно на другое удачнее некуда.

Рядом с Лурье Тайрон менялся, сам того не замечая. Голос теплел, привычная резкость уходила куда-то на дно. Он вспоминал, какими были его собственные дети в этом возрасте. Джозеф, гонявший по этим же коридорам. Хулио, вечно тащивший со стола сладкое. Крошечная Бланка на руках у няньки. Воспоминания оказались приятными, и мальчишка нравился ему всё сильнее.

Сейчас же они с Тайроном вышли на задний двор и играли в войнушку.

Противник, по его замыслу, засел в дальнем конце сада, и выкуривать его оттуда предстояло штурмом. В арсенал пошли палки, выструганные садовником из старых черенков. Охране тоже пришлось подыграть, отступать никому не позволялось.

***

Джозеф приехал к отцу ближе к обеду, с бумагами на подпись.

Ворота открылись как обычно, у крыльца штатно дежурил один водитель, а вот дальше творилось что-то непонятное. Из-за угла дома доносился боевой клич, тонкий и очень воинственный.

Джозеф прошёл по дорожке и остановился.

В саду творилась какая-то суматоха. Телохранитель отца, амбал под два метра ростом, сидел на корточках за кустом с розами и осторожно выглядывал из-за цветов. Второй перебегал двор зигзагом, пригнувшись почти до земли. Третий, кряхтя, лез на старый платан. Серьёзные мужчины с военным прошлым, которых Джозеф с детства побаивался, ползали по цветнику с палками наперевес.

Мимо пронесся отец.

Глава издательского дома, гроза совета директоров, несся по лужайке в велосипедном шлеме, съехавшим на бок. Брюки в грязи, рубашка навыпуск, в руках палка, обструганная под автомат. Отец нырнул за бортик фонтана и открыл оттуда огонь, озвучивая выстрелы ртом.

У платана тем временем случилась трагедия. Охранник на дереве потянулся перехватить ветку, и из кобуры вывалился пистолет. Оружие ещё катилось по газону, а из кустов уже вылетел рыжий мальчишка, перепачканный с ног до головы. Он подхватил ствол, крутанулся на месте и повёл им по сторонам, выискивая цели.

Заметив, что у ребенка настоящее оружие, все повалились на землю. Даже Джозеф.