— Хочешь ещё что-нибудь обсудить со мной, прежде чем мы зайдём в дом? — спросил специальный агент, когда она заглушила двигатель и бросила ключи от машины в сумочку. — Или сразу начнём твой допрос?

— Есть много вещей, которые я бы хотела обсудить с тобой… — В наступившей тишине и темноте Джейн едва не поддалась приступу паники, однако быстро взяла себя в руки и решительно добавила: — Но начнём с допроса. В частности, меня интересуют истории Аны.

Обвинения журналистки не выходили у неё из головы.

— Хорошо. Допрос так допрос, — согласился Конрад. В его голосе проскользнуло лёгкое разочарование, что заставило Джейн разочароваться в самой себе. — Если хотя бы половина её обвинений верна, то Аврелиан-Хиллз — это, по сути, исправительная колония в процессе становления. Соседские дозоры, которые способствуют кражам, а не безопасности; операции с поддельными купонами; тайные общества и их издевательские обряды посвящения. Ещё Ана подозревала, что кладбище является частью подпольной схемы по контрабанде золота.

— Что?! — Да, убийца доктора Хотчкинса утверждал, что нашёл самородок на участке, но с тех пор других самородков там не находили. А Джейн искала. Часто и тщательно. — Ана ошибалась насчёт кладбища.

— Да. Ты права, — Конрад отстегнул ремень и потянулся, чтобы переплести свои пальцы с её. — Хайтауэр проверяет участников быстрых свиданий, но пока ничего подозрительного не всплыло.

— Пока, — поправила Джейн. От прикосновения его грубой ладони она почувствовала долгожданное утешение, по телу разлилось приятное тепло.

— Пока, — согласился он. — Пока я в городе, планирую поговорить с некоторыми людьми насчёт других историй Аны. И нет, тебе со мной нельзя.

— С чего бы мне хотеть участвовать в столь бесплодной затее? — Ну разве что из-за отчаянного желания быть рядом с ним.

Они посидели в тишине какое-то время. Его пьянящий аромат проникал в каждый её вдох… и будто размывал границы, подтачивая самые глубокие защитные стены.

— Джейн, — произнёс Конрад мягче, чем раньше.

Как и в прошлый раз, когда он пытался заговорить об их отношениях, она запаниковала, словно глупая школьница, и остановить это было невозможно. Дыхание стало поверхностным. Если она озвучит свои сокровенные мысли и чувства, это… нечто между ними станет окончательным. Пути назад не будет. Чем раньше они начнут, тем быстрее всё закончится.

Джейн была не готова. Она уже потеряла так много людей, тем или иным образом. Сначала родителей. Потом бабушку и дедушку. Обоих своих парней. Однажды она потеряет и Фиону, и Ролекса. Они не могли жить вечно. Джейн превратится в пустую оболочку. Она ни за что не переживёт потерю кого-либо ещё.

Презирая себя за трусость, она вернула разговор к делу:

— Кто-нибудь упоминал список любовниц доктора Хотчкинса? Говорят, он гуляет по «Хедлайнеру». Бо, возможно, упоминал об этом, раз вы, ребята, судя по всему, любите переписываться.

Ещё одна пауза. Усталый вздох.

— Да, я видел список.

Джейн оживилась:

— Организаторы сегодняшнего мероприятия считают, что любовницам доктора грозит опасность.

— Сомневаюсь. В списке пятьдесят восемь имён. Тридцать шесть — «верняк», и двадцать два — возможные варианты. Ана составила этот список. Она отметила звёздочкой трёх женщин: Кэролайн Уиттингтон, Эмму Миллер и Эбигейл Уэйнс-Кирклэнд.

Кэролайн — убийца «горячего» доктора Хотчкинса. Эмма — бывшая Тони. Эбигейл — сестра Робби. Интересно.

— В блокнотах, которые мы изъяли из квартиры Аны, часто встречаются теории о миссис Уэйнс-Кирклэнд и её брате, мистере Уэйнсе. Она считала, что они недавно устроились в музей, чтобы украсть документы с выставки «Золотая лихорадка!» и заменить всё подделками. Хайтауэр сейчас тщательно проверяет их, прежде чем назначать встречи.

Джейн знала, что между ними есть связь! Она планировала выследить Робби завтра. Заскочив в музей, она сможет поговорить и с Эбигейл.

— А теперь, — проговорил Конрад, разворачиваясь к ней всем корпусом и принимая суровый вид. При этом он ни на секунду не ослабил хватку, наоборот — сжал её руку крепче. — Я пересматриваю свою стратегию в отношении тебя. Думаю, я совершил ошибку, не надавив на тебя и не развеяв твой страх перед проклятием, хотя бы немного. Это делает ситуацию неясной и позволяет тебе делать поспешные выводы. Так что я меняю подход. Ничего серьёзного. Договорились? Но я хочу, чтобы ты не стеснялась возражать. Или соглашаться. Выбор за тобой. Готова?

— Нет!

— Жаль. Но я всё равно скажу. Ты веришь, что проклята. Несмотря на все вытекающие из этого последствия, ты мне нравишься. В романтическом плане. Я хочу встречаться с тобой.

— Непринуждённо, но при этом исключительно друг с другом? — пискнула Джейн. — Даже зная, что мы обречены?

— Да и да. Хотя в «обречённость» я не верю. — Он выждал мгновение. — Расскажешь мне больше о проклятии?

Джейн дрожала от удивления, волнения и страха — Конрад хотел того же, чего и она! — и всё же кивнула. Он заслужил это.