Джейн никогда не расспрашивала его о татуировках, но ей было любопытно. Это чьи-то чужие рисунки или работы того, кого он знает… или знал когда-то? Если так, почему он просто не рассказал? Ждал, пока она сама спросит? Хотел, чтобы она спросила?

Конрад был таким скрытным, когда дело касалось его прошлого. Хотя попытки были: в конце прошлого дела он пытался поговорить с ней о личном. Возможно, тогда бы он всё и выложил. Честно говоря, он выглядел готовым вот-вот проговориться.

Почему, почему, почему она тогда запаниковала и свернула разговор?

Конрад нашёл её глазами и прищурился, и Джейн вскочила на ноги. Остановить это действие было невозможно. Он собрался с духом, будто готовясь к удару, прежде чем сунуть руки в карманы и сократить расстояние.

Остановившись прямо перед ней, Конрад медленно скользнул взглядом по её лицу. Его собственное лицо почти ничего не выдавало, но постепенно черты смягчились, и Джейн снова стало легче дышать.

В конце концов он одарил её кривой ухмылкой:

— Ты уже нашла мужчину своей мечты, лапушка?

Глава 6

«Смена партнёра!»

«Старые, но прекрасные мастера обольщения», Хэппи-Корнер, штат Нью-Гэмпшир

(одиннадцать сложившихся пар)

Забудьте про фиктивные свидания ради дела. Да и о самом деле забудьте вовсе.

Когда Конрад притянул её к себе, Джейн тут же обняла его в ответ, чувствуя, как по телу пробежала сладкая дрожь. О, как же она скучала по этому мужчине! Ничто не могло сравниться с его крепкими, дарящими покой объятиями.

Нет, неправда. Его пряный аромат — вот что било наповал. Он проникал в каждую клеточку, кружил голову. Она пьянела от него, как от дурмана, а может, даже сильнее. Если бы Конрад разлил этот аромат по флаконам, он заработал бы миллиарды.

— Как ты меня нашёл? — спросила она, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

Он бросил на неё взгляд, как бы говорящий: «Милая, ты серьёзно?», и усмехнулся:

— Выслеживать людей — моя работа. И Бо писал мне, держал в курсе.

Бо писал? И не предупредил её? Джейн не знала, злиться ей или радоваться. Она ахнула и резко подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Как ты можешь быть со мной сегодня вечером, если раньше не мог? Моё доброе имя очищено?

— Я не мог поддерживать с тобой связь и при этом вести дело. Мне нужно было взглянуть на улики, поэтому я выбрал второй вариант.

Одной рукой он обхватил её затылок, погрузив пальцы в волосы, а вторую положил на поясницу… и прозвенел таймер. Пока участники вокруг поднимались со своих мест и суетились, Конрад сказал ей:

— Ты больше не подозреваемая… на данный момент.

Джейн покачнулась и тут же поспешила выпрямиться.

— Ну, конечно, нет! Я невиновна. — Ей гораздо больше нравилось быть следователем, чем объектом расследования. — Но… эм… что убедило агента Хайтауэр?

— Для начала, против тебя не нашлось ничего существенного. Всё можно объяснить. Но Хайтауэр всё равно считает, что ты каким-то образом замешана, и она всерьёз на тебя нацелилась. Говорит, что… цитирую: «внутри тебя есть тьма».

Тьма? В Джейн? Он согласился с этим?

— Поскольку мне не разрешено официально заниматься этим делом, а ты в основном вне подозрений, — продолжил Конрад, — я решил взять отпуск. Давно пора. Я всегда вызывался работать по выходным и праздникам и никогда не отдыхал. А теперь, когда мне не нужно ходить в офис, я могу проводить с тобой столько времени, сколько захочу.

Простое признание, но сколько всего за ним скрывалось. С чего ей вообще начать? С того, что он никогда раньше не брал отгулов? С отсутствия у него интереса к праздникам? Или с его желания быть рядом с ней?

— Пойдём. — Конрад накинул пиджак и снова притянул её к себе, обняв за талию. — Отвезу тебя домой. Покажешь мне всё, что тебя настораживает и почему, а заодно поведаешь, что ты делала с телом, пока камера наблюдения якобы переключилась на Ролекса. Как будто я не заметил шторы. Мы разберёмся с этим вместе. Нет! — оборвал он её, как только она открыла рот, чтобы возразить. — Даже не проси меня вернуться в офис. Тебе сейчас нужна любая помощь. Хайтауэр славится невероятно высоким процентом раскрываемости, маниакальным желанием доказать свою правоту и отсутствием уступок.

Конрад почти восхищался полной бескомпромиссностью этой женщины. Для Джейн это звучало тревожно, особенно учитывая, что она сама была воплощением мягкости и уступчивости. Но как бы там ни было, он был здесь, а это чего-то да стоило.

На самом деле, стоило очень многого. Конрад, привыкший всегда следовать правилам, добровольно сворачивал с проторенной дорожки, возможно, даже нарушая прямые приказы, чтобы помочь «девушке с кладбища». Сердце Джейн забилось чаще при осознании этого, и на её лице расцвела улыбка. Она просияла, глядя на агента и прижимаясь к его боку. Этот парень был от неё без ума.