В голове словно звякнул колокольчик, что сейчас меня попытаются где-то обмануть. Когда оказываешься в моем положении: вчера — обожаемая дочь профессора иноземных языков, уважаемого декана большой академии, а сегодня — сирота с самым скромным наследством, быстро учишься распознавать мошенников.

— Не вы меня похищали, — внутренне подобравшись, напомнила я со странным чувством, словно вступаю на тонкий лед.

— Но я хочу похитить один год вашей жизни, — оборонил он. — Давайте заключим соглашение, Эмилия. Вы подарите мне год и получите все, о чем мечтаете. Или пока даже не мечтаете.

— Я не улавливаю суть, — призналась я.

— Станьте моей женой на год, — предложил он.

1-6

— Разве кейрим не женится один раз и на всю жизнь? — усмехнулась я, давая понять, что о традициях драконьих земель все-таки слышала. Когда изучаешь иноземный язык, волей-неволей кое-что узнаешь.

— Не в нашем случае. — Зорн устремил в меня острый взгляд. — Я предлагаю не любовь до пепла, Эмилия, а сделку. Давайте поможем друг другу. Традиции Авиона будут соблюдены, имя Риардов останется незапятнанным, а вы станете крайне обеспеченной женщиной.

— Вернусь домой с клеймом бывшей супруги кейрима драконов, не прижившейся в Авионе, — с сарказмом прокомментировала я. — Благодарю, о таком я действительно никогда не мечтала.

— Скажете, что было невыносимо жить с двуликим варваром. По воскресеньям я превращался в крылатое чудовище и охотился на коз, — серьезно предложил Зорн, похоже, наслышанной о том, что говорят о драконах по другую сторону гор. — На родине вас поймут и искренне посочувствуют.

— Нет, — не согласилась я.

— Или выберете другое королевство. Я помогу устроиться, — словно не услышал он однозначного отказа. — Подумайте.

— Не о чем думать.

— Я утрою компенсацию, — продолжал искушать он. — Когда вы выйдете замуж по-настоящему, золота хватит даже вашим внукам.

— Вы предлагаете остаться во дворце и жить рядом с вами? — не понимая, почему эта мысль меня совсем не возмущает, спросила я.

— Для всех, и даже для Ашера, мы будем настоящими супругами, — согласился Зорн, хищно блеснув глазами. Он словно решил, что норовистая жертва похищения дрогнула. И ошибся.

Дверь тихо отворилась. На пороге возник плечистый здоровяк с длинными светлыми волосами. Кейрим кивнул, позволяя ему войти. Тот пересек комнату, бесшумно ступая по дубовому паркету, и что-то шепнул Зорну на ухо, заставив его хмыкнуть.

— Передайте, что мы с нашей гостьей скоро выйдем, — произнес кейрим на драконьем язык. — И пусть вайрити Власовой уже принесут обувь по размеру.

Невольно здоровяк посмотрел на мои ботинки, отчего захотелось снова спрятать ноги под диван. Он проворно покинул гостиную, видимо, торопясь выполнить приказ.

— Послы во дворце, — произнес кейрим. — За вами решение, Эмилия. Вы возвращаетесь в Талуссию или остаетесь?

— Возвращаюсь, конечно, — спокойно ответила я.

Он усмехнулся.

— Вы первая женщина на моей памяти, которая отказалась выйти замуж за кейрима, Эмилия.

— И много предлагают невест? — с иронией уточнила я.

— Более чем, — согласился Зорн, но без бесящего бахвальства.

В этот момент в комнату с хитрым видом заглянул невысокий, лысоватый господин в идеально отутюженном костюме. Получив позволение разбавить наше уединение, он что-то пробормотал и пружинистой походкой вошел. Следом за ним потянулась шеренга слуг с подносами. Они несли обувь.

— Вайрити, я помогу подобрать вам правильные туфельки, — объявил господин на драконьем языке с незнакомым акцентом.

С трудом сдерживая истеричный смех, я следила, как слуги в темно-зеленых одеждах выстроились стройной шеренгой и в строгом соответствии с размером разноцветных туфель на подносе. От гигантского до детского. Складывалось впечатление, что, стараясь угодить владыке, народ наглым образом грабанул сокровищницу дракона, копившего женскую обувь.

— Позвольте измерить вашу ножку, — пропел типчик и театральным жестом встряхнул спрятанную в кулаке портняжную ленту.

— Вот эти! — указала я на красные туфли, по виду подходящие по размеру.

— Очаровательно, вайрити! — обрадовался он. — Кейрим Риард, у вашей гостьи прекрасный вкус!

— И глаз-алмаз, — с иронией согласился тот.

Обуть я себя не позволила, натянула сама. Глаз у меня оказался отнюдь не алмаз, а туфли — печально маленькими. Через две примерки стало ясно, что о размере собственной ноги я лучшего мнения, чем было в действительности. В конечном итоге с подбором мы справились. Я чувствовала себя так, словно провалила экзамен на миниатюрность.

— Идемте, Эмилия. — Зорн поднялся с кресла. — Вас ждут.

1-7

Он подал мне руку. От помощи я отказываться не стала: поднялась, нервно заправила за уши спутанные волосы, огладила смятое пальто. Неожиданно в голову пришла мысль, что мир огромен, зубчатые горы — высоки, но слухи разносятся по земле со скоростью ветра, которого друг другу желают драконы. Наверняка до Дмитрия тоже дойдут новости и о похищении, и о свадьбе кейрима Авиона…