После насыщенного событиями дня и горячего купания я заснула, едва голова коснулась подушки, хотя обычно на новом месте крутилась до рассвета. Разбудили меня громкие голоса в соседней комнате. Кто-то отчаянно скандалил с утра пораньше. Или не с утра… Портьеры на окнах были закрыты, и спальню со светлым ковром на полу окутывал полумрак.

— Я должна ее увидеть! — требовал незнакомый женский голос. — Немедленно!

— Вайрити еще спит, — невозмутимо ответила Ренниса.

Я выбралась из постели, сунула ноги в единственные туфли и, на ходу влезая в халат, направилась в смежную комнату. Гостиная оказалась наполнена солнечным светом. Жаровни накрыли крышками, но в стенах сохранялось тепло.

Уперев руки в бока, перед моей горничной стояла высокая, стройная девица с длинными волосами цвета красного дерева. По виду она была ровесницей принцессе Анне, чуть старше двадцати, да и чертами до смешного на нее походила. Разве что ее высочество была блондинкой. Крашеной. Королевский парикмахер тщательно следил, чтобы так оно и оставалось.

— Приказываю пропустить меня! — грозно воскликнула девица, и внезапно на ее скулах проступили полоски мелких бронзовых чешуек.

— Кейрим сказал, что теперь я подчиняюсь только его невесте, — сурово ответила державшая круговую оборону Ренниса.

— Не пустишь, значит? — цыкнула скандалистка. — Тогда разбуди невесту!

— Уже разбудили, — прокомментировала я, скрещивая руки на груди.

Обе девушки обернулись в мою сторону. Возникла долгая пауза.

— Ты кто? — учительским голосом спросила я.

— Эмрис Риард, — выпрямив плечи, произнесла она. — Супруга Ашера Риарда.

— Вайрити, я говорила, что нельзя вас будить, — начала оправдываться горничная.

Внезапно Эмрис сорвалась с места и, выставив вперед руки, бросилась в мою сторону.

— Сестра! — воскликнула она и, окутав облаком терпких духов, повисла у меня на шее. — Я не поверила, когда Ашер сказал, что похитил тебя по ошибке!

— Ты хочешь поговорить об этом? — изумленно спросила я, хотя мне-то хотелось умыться, расчесать высохшие за ночь волосы и, наверное, вместо кофе выпить чашку настойки пустырника.

2-5

Едва заметным кивком головы я попросила горничную выйти. Та помотала головой, отказываясь меня оставлять наедине с обиженной девушкой. Именно в этот неловкий момент, когда мы активно пытались договориться, Эмрис отстранилась и одарила меня пристальным взором. Глаза у нее оказались зеленые, с коричневыми крапинками. На скулах то проявлялись, то опять исчезали мелкие чешуйки. Видимо, от нервного напряжения проявлялся второй лик.

— Скажи… — начала она, пристально глядя мне в лицо, — та, которую Ашер хотел похитить, красивая?

— Она обыкновенная, — не поведя бровью, соврала я.

— Тогда почему он хотел унести ее в сокровищницу? — сдавленным голосом спросила девушка и разом стало ясно, что сейчас она расплачется. — Сказал, что она носила много золотых украшений. Он за дуру меня держит, да?

— Ашеру лучше знать, почему у него помутилось в голове, — уклончиво ответила я. — Если ты хочешь еще поговорить, то мне сначала нужно привести себя…

Заставив меня прерваться на полуслове, стремительно распахнулись двустворчатые двери. На пороге возник виновник драмы, одетый в темный костюм с серебряной вышивкой на воротнике. Светлые волосы с прожилками мышиного цвета были убраны в гладкий хвост. Лицо грозное, как будто не он напортачил, а его супруга.

Взволнованно причитая, что нельзя врываться с утра в покои к невесте кейрима без стука — да и в любое другое время суток тоже нельзя, — следом за Ашером семенила встревоженная горничная. Кажется, теперь Ренисса тоже остро нуждалась в каплях пустырника.

— Эмрис, мне сказали, что ты отправилась к невесте Зорна! — прогрохотал он. — Не смей делать Эмилии плохо. Кейрим тебя не простит и в наказание сошлет в дикие леса Блоквера!

Та поменялась в лице, резанула супруга ледяным взглядом и с достоинством проговорила:

— Эмилия, можешь передать этому мужчине, что со вчерашнего дня он мне не муж? Я с ним не разговариваю до конца своих дней, собираюсь вытравить брачные метки и вернуться домой в Хайдес!

Ашер замер.

— Господин посол, — холодно обратилась я к нему на талусском языке, — покиньте мои покои. Вам здесь нечего делать.

— Что ты ему сказала? — спросила Эмрис.

— Попросила выйти, — перевела я на рамейн.

— Не надо, Эмилия, — с достоинством произнесла Эмрис. — Я сама выйду, а он пусть остается!

Высоко задрав подбородок, она направилась к раскрытым дверям. По дубовому паркету сердито застучали каблуки. Девушка прошла мимо мужа со всем возможным достоинством и исчезла в коридоре. В тишине прозвучали ее удаляющиеся шаги.

— Ашер, — обратилась я к застывшему послу, — не надо оставаться в моих покоях.

— Я должен принести извинения, — проскулил он и нервно огладил ладонью волосы.

— За похищение ты уже расплатился золотым слитками, — сухо напомнила я.

— А что, разве компенсацию не отменили? — охнул он.

— Нет.

— Она меня точно бросит и вернется домой в Хайдес! — воскликнул Ашер и рванул следом за женой.