— Невозможно, — выдохнула изумленно, касаясь пальцами холодного стекла. — Я умерла. Противный хруст в шее и нестерпимая боль намертво отпечатались в памяти.

Но отражение повторило мой жест, и рука, которую я ущипнула, сразу покраснела. А незнакомка в зеркале повторила каждый мой жест.

Умереть — не встать! Как же я оказалась в теле этой девушки? Неужели, она тоже погибла? Выходит, моя душа заняла чужое тело? Но как? Зачем? — на эти вопросы у меня не было ответов. И я знала только одного человека, которому могла их задать.

Решительно направившись к двери, я позабыла, что на мне надето длинное многослойное платье с бесконечными оборками. Сделав широкий шаг, я запуталась в тяжелом подоле.

Нога, лишенная опоры, подвернулась, и в колене раздался жуткий хруст, который, казалось, заполнил всю комнату. Острая боль прошила от пяток до затылка, вырывая из груди невольный крик.

В глазах потемнело, и я рухнула на пол, сбивая по пути тяжелый стул.

— Ох, матушки! Анастасия Павловна! — Дверь распахнулась с таким грохотом, что я вздрогнула. — Что же вы наделали, светлая вы наша!

В комнату влетела молоденькая служанка в белом чепце, за ней еще две женщины, поднялся невообразимый гвалт. Они суетились вокруг меня, пытаясь поднять, их руки, пахнущие мылом и луком, хватали меня за плечи, а я лишь кусала губы, стараясь не завыть от унижения и боли.

Каждое прикосновение отдавалось невыносимой пыткой, а каждый вздох казался испытанием. Меня кое-как водрузили обратно на кровать, и в этот момент в дверном проеме возникла монументальная фигура женщины, чей грозный вид заставил служанок мгновенно замолкнуть и склониться в поклоне.

Незнакомка смотрела на меня с таким ледяным презрением, что в комнате, казалось, упала температура.

— Опять ваши истерики, Анастасия? — надменным тоном произнесла она. — Мало того, что вы опозорили сына своим нелепым падением, так теперь еще и калекой решили стать? Это верх неуважения к Дмитрию. Он и так вынужден терпеть ваше присутствие в доме, а вы придумываете все новые способы привлечь к себе внимание. Ваша глупость не знает границ.

— Я просто хотела выйти, — выдавила сквозь сцепленные зубы.

— Хотела она! — женщина фыркнула, поправляя безупречную кружевную наколку на волосах. — Лежите и не смейте шевелиться. Я вызвала лекаря, хотя тратить на вас магический эфир — истинное расточительство. Дмитрий будет в ярости, если узнает, что ваш отъезд снова откладывается. Постарайтесь хотя бы раз в жизни вести себя как подобает дворянке, а не как дворовая девка.

Она развернулась и вышла, оставляя после себя запах увядающих роз и горькое чувство бессилия.

Вскоре в комнату вошел невысокий пожилой мужчина в строгом сюртуке. Вполне обычной внешности, ничем не примечательной. Но меня поразили его глаза, светящиеся мягким голубоватым светом, который то затухал, то вспыхивал в такт его дыханию.

Он подошел к кровати, жестом велел служанкам удалиться и осторожно коснулся моей опухшей коленки. Я приготовилась к новой вспышке боли, но вместо этого почувствовала странное тепло, переходящее в легкое покалывание, словно через ногу пропустили слабый электрический ток.

— Что вы делаете? — изумленно выдохнула я, глядя, как над его ладонями сгущается прозрачное марево.

— Успокойтесь, Ваша Светлость, — мягко ответил мужчина, не отрывая взгляда от моего колена. — Я лишь направляю потоки эфира, чтобы ускорить срастание тканей. Повторный надрыв связок — дело серьезное, но магия способна сотворить чудо, если вы будете вести себя благоразумно. Потерпите, сейчас станет легче.

Глава 4

Я смотрела во все глаза, позабыв о боли. Над моей ногой танцевали и впитывались в кожу крошечные искры. Отек уменьшался прямо на глазах. Происходящее находилось за гранью моего понимания, за гранью привычной физики и химии.

В моем мире магия была лишь сказкой, а здесь — прикладным ремеслом, таким же естественным, как сушка древесины в камере. Я не удержалась и начала задавать вопросы, пытаясь уцепиться за нити, связывающие этот странный мир с реальностью.

— Как это возможно? Откуда берется сила?

— Ваша Светлость, вы словно вчера на свет родились. — Лекарь удивленно поднял брови, его светящиеся глаза на миг расширились. — Магия — дар избранных и основа нашей государственности. Великие архимаги защищают границы империи, подмастерья, мастера и магистры помогают в строительстве и ремеслах. Подобное лечение доступно не каждому простолюдину, но в доме Горчаковых эфира всегда в достатке. Неужели удар головой так сильно повредил вашу память, что вы забыли об основах нашего мироустройства?

Я судорожно сглотнула, понимая, что мое появление в чужом теле даже в магическом мире выглядит странно.