— Послушай, Насть, не руби с плеча. — Олег обошел стол и попытался взять меня за руку. — Ты взрослая девочка, должна понимать: это просто физиология. Ты постоянно торчишь на производстве, вся в чертежах и опилках, вечно уставшая и холодная. Мне нужен регулярный секс, а не лекции по оптимизации раскроя.

— Физиология? — Я оттолкнула его, испытывая омерзение. — И как давно ты ее трахаешь? С кем еще спишь ради своей физиологии? — глаза защипало от слез. — Ты ведь не собирался на мне жениться, да? Какая же я была дура, что поверила тебе! Еще за поддержкой к тебе прибежала, идиотка.

— У тебя слишком завышенные ожидания от жизни, дорогая. Ты все ждешь какого-то принца и высоких отношений. А мир — он гораздо проще. Я обычный мужик, Насть. Мне требуется разнообразие. Спустись уже на землю. Ты хороший инженер, но как женщина... — Запнулся, как будто подбирал слова. — Пресная какая-то. Скучная и слишком правильная.

Я ударила его. Наотмашь, вложив в этот удар всю свою обиду, боль от предательства и разочарование в жалком ничтожестве.

— Убирайся! — прошипел он, схватившись за щеку. — Заявление на стол, и чтоб духу твоего здесь не было!

— С удовольствием! — выплюнула я и вылетела из кабинета, не разбирая дороги.

Слезы застилали глаза, превращая окружающий мир в расплывчатое пятно. Меня преследовало нестерпимое желание убраться отсюда поскорее и никогда не возвращаться. Но прежде следовало забрать вещи из шкафчика и написать в кадрах заявление на увольнение.

В голове набатом бились слова Олега: «пресная», «скучная», «физиология». Неужели вся моя жизнь и преданность делу ничего не стоили?

Сообразив, что ноги несут меня к выходу, а не в кадровый отдел, я, не сбавляя скорости, схватилась за перила, чтобы круто повернуть.

Опору под рукой неожиданно повело в сторону. По ушам резанул скрежещущий звук вылетающих анкерных болтов. Перила опасно накренились над проемом, и я поняла, что меня безжалостно тянет вниз. Я испуганно взмахнула руками, пытаясь зацепиться за какую-нибудь опору. Но тщетно…

Отчаянный крик оборвался острой болью в шее и противным хрустом, похожим на звук сломанной ветки. Меня окружила бесконечная темнота, разом поглотившая обиду, предательство и саму жизнь.

Глава 2

Тьма ощущалась густой и липкой субстанцией, в которой мое сознание плавало, как в киселе. Но внезапно сквозь эту черную толщу прорвалась боль. Не такая, как раньше — острая, перехватывающая дыхание, а тупая, пульсирующая в правой ноге.

Я инстинктивно вздохнула, как будто это возможно было сделать без тела, но почувствовала, как легкие наполнились воздухом, пахнущим лавандой и чем-то терпким, мускусным, совершенно не похожим на запах мебельной фабрики.

Распахнув глаза, тут же зажмурилась от яркого света.

— Тише, Анастасия, не дергайся, — раздался глубокий, бархатистый голос, от которого по коже побежали мурашки.

В следующую секунду я осознала, что нахожусь на руках у кого-то очень сильного. Моя голова покоилась на широком плече, а тело прижималось к крепкому мускулистому торсу, состоящему из сплошных мышц.

Я снова открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Передо мной оказалось невероятно красивое лицо незнакомого мужчины.

Уставившись на него изумленно, как на чудо, я даже на миг забыла о боли.

Точеные скулы, прямой нос, волевой подбородок и глубокие темные глаза, смотрящие на меня с какой-то странной смесью заботы и холодного любопытства. Темные волосы обрамляли идеальный овал лица и сияли здоровым блеском, как после салонного ухода.

Взгляд скользнул ниже, на воротник-стойку, украшенный золотой вышивкой, и шейный платок, сколотый строгой брошью с крупным раух-топазом. Не хватало только короны для образа прекрасного принца, которого я ждала всю жизнь.

— Где я? — просипела слабым и каким-то чужим голосом. — Что случилось?

Мужчина осторожно уложил меня на огромную кровать с балдахином, находящуюся в комнате, больше похожей на музей. Высокие потолки с лепниной, тяжелые портьеры, антикварная мебель из массива дуба...

Профессиональный взгляд невольно отметил идеальную подгонку филенок и благородную патину на дереве.

— Ты дома, в нашем городском особняке, — ответил мужчина бархатистым низким тембром, от которого кожа покрылась предательскими мурашками. — Ты неудачно упала с лестницы, дорогая. Лекарь сказал, что лишь чудом выжила, отделавшись ушибом ноги и шишкой на голове.

— Дома? В каком смысле? — Попыталась сесть, но мир тут же поплыл перед глазами, и я бессильно повалилась обратно на подушки.

— Настя, хватит уже притворства, — взгляд незнакомца похолодел. — Понимаю, шок от падения велик, но не до такой же степени.

— Кто вы такой? — выдохнула я, чувствуя, как внутри зарождается необъяснимая паника. — Мы знакомы?

Мужчина выпрямился. Мнимая забота слетела с его лица, обнажая высокомерную натуру.

— Кажется, ты крепко ударилась головой, раз позабыла собственного супруга, — произнес он ледяным тоном. — Смею напомнить, что я твой законный муж, Анастасия. Князь Дмитрий Горчаков. И я настоятельно рекомендую тебе прекратить ломать комедию.