— Но у нас вполне мог сохраниться след их крови, — предположила она, и эти слова показались ей самой дикими.

Каллум замолчал, разглядывая ее так, будто она над ним издевается. Поняв, что это не так, он ответил:

— Мы потеряли родителей, когда были совсем детьми. Думаю, матушка сказала бы нам об этом, если бы знала. Хотя бы для того, чтобы подготовить нас на случай, если нас в чем-то обвинят.

— Да, но она могла и не знать. Кто из нас способен проследить свою родословную до времен до ухода фейри? — Одра даже собственное древо до родителей дотянуть не могла.

— Я могу.

Одра и Каллум одновременно вздрогнули. Над ними возвышался аристократ, чья койка находилась напротив двери. Судя по всему, он решил подслушать их разговор.

— Я могу проследить свою родословную задолго до тысячелетней войны, и могу вас уверить: ваши предки-шлюхи, возможно, и скрещивались с ними, но мои — никогда. — Он равнодушно осматривал ухоженный маникюр, а его голос звучал скучающе и апатично. Акцент у него был резким и отрывистым. Неудивительно, что Одра ничего подобного раньше не слышала — трактир «Фернуэлл» не привлекал аристократов.

Она открыла рот, собираясь ответить, хотя еще не знала что именно, но Каллум опередил ее:

— Если бы мне понадобилось мнение вырожденца, я бы спросил у крыс в переулке за моей кузницей. А что до тебя… если тебе нечего сказать по делу, почему бы тебе просто не пойти нахрен?

Аристократ был либо безумно храбр, либо невероятно глуп, ведь любой здравомыслящий человек учел бы тон Каллума. Вместо этого он процедил:

— Полагаю, сообщение о том, что вы оба полные идиоты, очень даже полезно. Если вы пытаетесь понять, почему мы все здесь оказались, вы ищете не там.

— И надо полагать, ты уже знаешь истинную причину? — в голосе Одры сквозила ядовитая сатира. Услышав ее тон, аристократ опустил взгляд, и их глаза на секунду встретились. Его взгляд был ледяным, жестоким. По спине пробежала дрожь, и она почувствовала облегчение, когда он отвернулся, снова сосредоточившись на своих ногтях.

— Я не утверждаю, что знаю причину. Я лишь говорю, что вы оба заблуждаетесь.

— Ну так почему же мы здесь, по-твоему? — Одра знала, что звучит злобно, но все это уже переходило границы, а у нее не было ни времени, ни желания терпеть избалованных богатеев, пытающихся поставить «чернь» на место. Он сидел на том же паршивом корабле, что и все они. Пользовался теми же ведрами для нужды и ел тот же самый чертов хлеб с ягодами.

— Может быть, для фейри люди — это деликатес, и их запасы подошли к концу. Или, может быть, им скучно, и они планируют бросить нас яму и заставить сражаться насмерть ради развлечения. — Он взмахнул руками и закатил глаза. — В любом случае, я сомневаюсь, что они пустились в путь, чтобы подобрать парочку своих давно потерянных родственников. Зачем тратить время на попытки разобраться в этом? Все скоро откроется нам, хотим мы того или нет. — Аристократ удалился, а Одра осталась стоять в полном оцепенении.

Черт.

Одра даже не рассматривала ни одну из этих возможностей. Существовали бесчисленные истории о том, как люди избегали пленения и в конце концов становились едой для какого-нибудь монстра; успех их выживания зависел лишь от того, были ли это сказки на ночь, рассказанные любящими родителями, или более жуткие байки бродячих бардов.

Каллум ощетинился, бросив резкий взгляд на сестру, спавшую по диагонали от них. Без сомнения, он представлял себе монстра-фейри, пытающегося сожрать его сестру или заставляющего ее драться насмерть в яме. Сестра была хрупкой, ниже родом… нет, ниже ростом, чем Одра; ей ни за что не выжить — разве что в паре с Маргаритой, которая, пожалуй, сочла бы смерть желанным избавлением. О Туман, Одра правда не хотела продолжать думать о бедной женщине, оставшейся без единого ногтя.

Одра отбросила всякое стеснение и положила утешающую руку на предплечье Каллума.

— Они не могли похитить нас по этой причине. Они слишком тщательно подбирали людей, чтобы мы были просто развлечением или едой. Мы во всем разберемся. — Уверения Одры не особо помогли разгладить напряженные желваки на его челюсти и морщины между бровей, но Каллум все же кивнул, делая вид ради нее, что находит утешение в ее словах.

— Уверен, ты права. Будем держать глаза и уши открытыми. Я дам тебе знать, если услышу что-нибудь еще. Но… э-э, у тебя не найдется воды?

— О забытые боги, да! Я оставила немного для тебя. — Одра потянулась вниз и подняла ведро с водой. Передав его ему, он проигнорировал черпак, приподнял все ведро прямо ко рту и осушил воду в один присест. Ведро, казавшееся таким большим в руке Одры, в его руке выглядело не больше чашки.

Она вполне могла поверить, что у этого гиганта в роду были фейри — ее даже удивляло, что его, выходца из маленького городка, до сих пор в этом не обвинили.

И… Она бросила косой взгляд в спину аристократу; она также могла поверить, что никто так не врет о своем происхождении, как знать.