Мы устроились в кабинке в глубине небольшой закусочной, перед нами лежало меню. Я была благодарна, что здесь почти пусто и что Тори не захотела пойти в какое-нибудь более пафосное место. Сейчас мне нужно было что-то простое и незамысловатое.

— Так, — начала Тори, поднимая глаза и встречаясь со мной взглядом. — Ты вообще собираешься рассказать мне, что случилось с Домом?

От упоминания его имени у меня внутри всё перевернулось.

— Да особо нечего рассказывать, — призналась я. — Когда он вернулся домой, он вёл себя совсем по-другому. Да и выглядит иначе. Весь такой жёсткий и в тату.

Не говоря уже о мускулах. За последние два с половиной года он сильно вырос. Выдохнув, я захлопнула меню и откинулась на спинку сиденья.

— Он вёл себя так, будто не хотел, чтобы я там была. Был грубым, властным и… злым.

В глазах Тори мелькнуло удивление.

— Это странно, — согласилась она. — То есть, не хочу показаться стервой, но он всегда был козлом. Просто не с тобой.

Я кивнула. До смерти его отца Дом был очень общительным. Любил тусовки, внимание других девушек, любил красоваться в компании и заниматься спортом. Он был исключительно хорош в футболе. После смерти отца он просто… изменился. Перестал играть в футбол, замкнулся в себе, появлялся на вечеринках только если там был алкоголь и, полагаю, девушки. Ещё Дом начал прогуливать школу и часто тусоваться с Мэйсоном — изгоем школы. В мгновение ока эти два парня сформировали свою собственную компанию. Мэйсон, Винсент, Николас и Доминик.

Винсент перешёл в нашу школу в девятом классе, незадолго до смерти отца Дома. Всё, что я о нём знала, — это то, что он из Канзаса, а его старший брат где-то в другом месте. Никто не упоминал о его родителях и о том, жил ли он с ними вообще. Николас это отдельная история. Его отец был известным членом банды и, казалось, командовал полицией7. Поэтому Николас никогда не попадал в неприятности, но я знала, что он не так прост. В нём было что-то тёмное и извращённое, что-то, что я не могла точно определить.

— После вечеринки я отправила Доминику сообщение, — я понизила голос и жар пробежал по щекам. Было унизительно даже думать об этом, но по какой-то причине мне хотелось с кем-то об этом поговорить. — Я даже не думала, что он ответит. Я просто была в отчаянии.

Тори кивнула, на её лице не было и тени осуждения. Это было одно из тех качеств, за которые я её любила. Она умела слушать и никогда не заставляла меня чувствовать себя паршиво из-за того, что я сделала или чего хотела.

— И он ответил, — догадалась Тори.

Я кивнула, пытаясь сглотнуть комок в горле.

— Ага. О-он… он спросил, зачем я ему пишу, а потом спросил, дома ли мои родители. Когда я ответила, что нет… — Я замолчала, стыд нарастал внутри, пока не показалось, будто всё моё тело горит. — Дом прислал ещё одно сообщение, велев мне раздеться и лечь на кровать.

Глаза Тори расширились, её кожа слегка порозовела.

— Ну, он прямолинеен, — фыркнула она, закатывая глаза. — Тебе стоило сказать ему, чтобы он пошёл к чёрту.

Я фыркнула, понимая, что Тори не поймёт, почему я решила подчиниться ему после того, как он со мной обошёлся. При этом Тори была не настолько глупа, чтобы думать, будто я отказалась от его предложения. Она знала меня слишком хорошо. Доминик всегда был предельно откровенен, всегда говорил прямо. Это было одной из вещей, которые я в нём любила.

— Ага… ну, я не отказалась.

Тори кивнула.

— Так я и думала. Что было дальше? — На её губах заиграла лёгкая улыбка. Она, может, и ненавидела Дома, да и парней в целом, но обожала драмы, если они её не касались.

— Я отправила ему несколько фото, и он прислал мне одно. В итоге Дом позвонил мне по «ФейсТайму»…

Тори ахнула.

— У вас был секс по телефону? — Её голос прозвучал прерывистым шёпотом, а глаза расширились до размеров блюдец, как будто она не верила, что я на такое способна.

В этот момент к нам подошла официантка. Я знала, что она ничего не слышала, но всё равно почувствовала, как вспыхнули щёки. Она приняла заказ на напитки — клубничный лимонад для меня и сладкий чай для Тори, — а затем и на еду. Мы бывали здесь достаточно часто, чтобы знать, что хотим, даже не заглядывая в меню, но всё равно тратили время на его изучение. Я всегда брала чизбургер с картошкой фри, а Тори — сэндвич с ветчиной и сыром и картошкой фри. Обычно мы ещё делили порцию сырных палочек.

— Почему здесь такое медленное обслуживание? — пожаловалась Тори. — У них всего четыре других посетителя.

Я огляделась и поняла, что она права. У стойки сидел мужчина, в кабинке напротив друг друга расположились двое, а девушка что-то печатала на ноутбуке, попивая кофе или горячий чай.

— Может, у них нехватка персонала, — пожала я плечами.

Тори закатила глаза.