В ушах звенело, звуки то накатывали, то пропадали, сливаясь с этим пронзительным гулом. Клэй рухнул на землю, его безжизненные глаза уставились в тёмное небо. Пуля вошла точно в лоб, из раны медленно сочилась кровь. Я дышала сбивчиво, судорожные вздохи сотрясали плечи. Если бы Тристан сделал это на десять минут раньше, Доминик, наверное, был бы жив.

И тут до меня дошло.

Доминик мёртв. Он больше никогда не почувствует вкус свободы. Никогда не увидит маму и сестру, не заведёт детей, не сможет исцелиться от той боли, что ему причинили.

Из груди вырвался сдавленный всхлип, ноги налились свинцовой тяжестью. Если бы не Тристан, который меня поддерживал, я бы уже лежала на земле.

Остальные парни, похоже, растерялись, без Клэя, который раздавал приказы, они не знали, что делать. Они переглядывались, в глазах читалось замешательство.

— Значит… мы свободны? — нерешительно спросил Николас.

— Оставайтесь или уходите. Мне по хер, — ответил Тристан, вытирая пистолет о подол моего платья. — Я забираю Хейзел отсюда. Потом вернусь. Винсент, если решишь остаться — ты главный. Если нет, то главным будет Родни.

Я не могла поверить своим ушам. Тристан правда собирался меня отпустить?

Никто даже не возразил, казалось, они признали его новым лидером просто потому, что он убил Клэя. Голова кружилась, слёзы по-прежнему безостановочно катились по щекам. В груди была глубокая боль, словно зияющая дыра, которую мог залатать только Доминик. Но его уже не было.

Тристан чуть ослабил хватку и вместо этого положил руку мне на поясницу, мягко направляя вперёд, в сторону леса. А вдруг всё это — хитроумный план, чтобы заманить меня куда-нибудь и держать при себе? Он никогда не любил делиться, ревновал каждый раз, когда мне приходилось заниматься сексом с кем-то другим. Может, он решил, что сейчас идеальный момент, чтобы запереть меня где-нибудь, чтобы приходить и уходить, когда вздумается.

От этой мысли ноги снова стали ватными, страх взметнулся с новой силой, и на мгновение мне захотелось умолять его избавить меня от мучений прямо сейчас.

Оглянувшись, я увидела, что несколько парней смотрят мне вслед — Мэйсон, Николас, Винсент и Родни. На их лицах застыли непроницаемые выражения. Остальные уже расходились, направляясь обратно к зданию, где держали остальных пленниц.

Они тоже заслуживали свободы.

Но я понятия не имела, где мы находимся и какой это город. Может, стоило спросить кого-нибудь, если Тристан и правда собирался меня отпустить.

Когда мы, казалось, спустя целую вечность, дошли до леса, нас окутала полная темнота. Даже тонкий серп луны не пробивался сквозь густые ветви, и я ни черта не видела перед собой.

— Ты правда меня отпускаешь? — прошептала я, замедляя шаг, чтобы не споткнуться и не рухнуть лицом вниз.

Тристан помолчал несколько мгновений, и я испугалась, что одного только моего вопроса могло хватить, чтобы пробудить в нём какие-то скрытые намерения.

— Да, — просто ответил он.

Мне хотелось спросить почему. Раньше он ни о ком из нас не заботился. Зачем он убил Клэя и почему теперь отпускает меня? Я не жаловалась, но это было совсем на него не похоже. Но я прикусила язык, так как не хотела ненароком заставить его передумать.

Между нами повисла тишина, слёзы на щеках высохли. Грусть сменилась горькой оцепенелостью, которая не давала чувствовать почти ничего.

— Видишь ту поляну впереди? — спросил Тристан, указывая куда-то в темноту. Я напрягла зрение, стараясь хоть что-то разглядеть. Когда я кивнула, он выдохнул. — Иди туда. Как только дойдёшь до неё, иди прямо. Там будет дорога. Иди вдоль неё до заправки. Она работает круглосуточно. Сможешь позвонить кому-нибудь, чтобы тебя забрали.

Я замерла, и внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

— Ты не пойдёшь со мной? — Как бы я ни презирала Тристана, перспектива остаться здесь, в темноте, одной и беззащитной, пугала ещё сильнее.

— Я не настолько тупой, Хейзел. При первой же возможности ты побежишь к копам. — Тристан отступил на шаг и протянул мне пистолет. — Если тебе от этого станет легче, можешь взять его.

Внутри вспыхнуло удивление, и я медленно сомкнула пальцы на холодном металле. Я понятия не имела, как с ним обращаться. Наверное, предохранитель снят, так как Тристан не трогал его с тех пор, как застрелил Клэя.

— Спасибо, — тихо сказала я.

Тристан ничего не ответил, только смотрел на меня, казалось, целую вечность. Я почти не различала его лица, но чувствовала на себе тяжесть его взгляда.

Выдохнув, я осторожно шагнула к нему, сокращая расстояние между нами. Я крепче сжала рукоять оружия, и как только убедилась, что мы достаточно близко, подняла пистолет, прицелилась и нажала на курок, надеясь, что не промахнусь.