Игнорируя своего соотечественника, Здесь Скороизменится сообщил: «Это убийца богов, созданный полубогами. Он не для обычных людей».

И снова Небет Хат перебила своего инфантильного товарища. «Он не обычный человек, Здесь. Ты знаешь истории».

«И все же он всего лишь человек...», — возразило сморщенное существо, неподвижно сидевшее в своем резервуаре. «Он мог бы... стать кем-то большим».

«Довольно!» — отрезал я, поднимая подбородок, чтобы взглянуть в лицо Акастусу Козару. «Вы и ваши люди останетесь на борту под охраной на время мирного процесса».

«Это не было частью соглашения!» — возразил Акастус Козар, сужая стальные глаза и отступая на шаг.

«Я автор этого соглашения», — я повысил голос, поворачивая голову, чтобы подчеркнуть присутствие моих сьельсинов, моих ирчтани, Арчила и его людей. Мы превосходили Экстров примерно в пять раз. «Вы передадите приказ на свои корабли: все, кто не является абсолютно необходимым для обслуживания ваших кораблей, должны быть помещены в состояние фуги до дальнейшего уведомления. До тех пор вы четверо останетесь нашими гостями».

«Вашими заложниками», — поправил Акастус Козар.

«Если вы соблаговолите сдать оружие, мои люди сопроводят вас в сады, где мы сможем обсудить все в более комфортной обстановке».

Улыбка Небет Хат не сходила с ее лица. «Мы знаем дорогу».

Я изучал ее, ища какую-нибудь подсказку в ее остроконечном лице с высокими скулами. Она хотела напомнить мне, что это было их место, что они здесь хозяева, капитаны, а я — неуместный завоеватель.

Кедрон был прав, с горечью понял я тогда. Им следовало отправиться на «Аргентину», на «Брадаманте», на «Гаделику» — на любой корабль, кроме этого. Любой из них мог — в этот самый момент — плести какое-нибудь заклинание, соприкасаясь с разумом корабля своим собственным.

Признай это, шепнул мне на ухо призрак Валки, ты ничего не знаешь о праксисе.

Меня охватил страх и ощущение, что я очень, очень далеко от дома.

Здесь обитают чудовища.

«Ваше оружие, пожалуйста», — попросил я.

Акастус Козар повернулся к своим товарищам. Голова Д-307 Алефа в шлеме-салете с прорезью-козырьком, гладким, как у любой орудийной башни, кивнул с жужжанием сервоприводов. Здесь Скороизменится заерзал на своих четырех заостренных конечностях, из губ раздувшегося младенца в резервуаре поднимались пузыри. Небет Хат — все еще улыбаясь — поклонилась.

Длинноногий великан повернулся, шланги качались на его серебристом костюме из фольги. Откинув в сторону плащ, Акастус Козар снял пояс. На нем висел хромированный пистолет, похожий на тот, которым владел миносский колдун Гаиска, и рукоять меча из высшей материи. Узнав оттиск солланского ремесла, я констатировал: «Вы были рыцарем».

Химерический гигант улыбнулся, обнажив металлические зубы. «Пол-империи назад».

Тогда, как рыцарь рыцарю, я кивнул и с благодарностью принял пояс со щитом. «Я буду хранить его в безопасности, сэр». Я решил, что капитан Козар мне нравится, чего не скажешь о его спутниках. Затем передал пояс Ниме, который перекинул его через руку.

«Со своим оружием не так легко расстаться», — произнес D-307 Алеф.

«Вы полностью машина?» — спросил я, изучая живой доспех. Узор из переплетенных человеческих рук опоясывал его собственные руки, выгравированый и позолоченный на матовой стали, так что четко выполненные кисти растопыривали пальцы на наплечниках.

«Кроме мозга», — ответил он. «Хотя вы вряд ли назвали бы его таким».

«Какие гарантии вы можете мне дать, что не будете прибегать к насилию?»

Человек-машина обдумывал свой ответ целую секунду, прежде чем ответить. «Никаких».

«Тогда нам придется подготовить для вас особые условия», — сказал я и, обращаясь к контингенту АПСИДЫ, начал: «Центурион Арчил, маякни A2, скажи ему...»

Я так и не закончил свою мысль.

Завыла сирена, высокая и настолько пронзительная, что я подумал, что моя голова вот-вот лопнет. Я прижал руки к ушам, затем к своему мечу и щиту на поясе, чувствуя какую-то ловушку, какой-то подвох со стороны капитанов.

Но ничего такого не было. По крайней мере, не со стороны четверых, собравшихся передо мной.

Весь «Демиург» содрогнулся от далекого грома.

«Нас обстреливают!» — прохрипел Анназ.

«Что происходит?» — спросил Здесь Скороизменится своим могильным голосом.

Я получил ответ в следующее мгновение, когда голос Эдуарда Альбе прозвучал в коммуникаторе за моим правым ухом. «Милорд, это флот Воргоссоса!» — обьявил он. «Они открыли по нам огонь».

«Нима, уходи!» — велел я, нажимая кнопку на поясе-щите.

Зеркальные глаза Акастуса Козара были похожи на два озера живого серебра, круглые, как шаттл, на котором он прибыл. «Что это значит?»

Сигнал тревоги прозвучал во второй раз.

«Вы мне скажите!» — нахмурился я, положив руку на рукоять меча.

Великан покачал головой. «Я ничего не знаю».

«Это ваши корабли стреляют по нам!»