– Меня насторожило уже то, что его мать заметила: в последнее время он себя запустил. Одевался совершенно не по погоде и случаю, порой мог не принимать душ больше недели, хотя очевидно стеснялся этого сам. Доходило и откровенно неадекватного поведения – вроде нежелания лечить больной зуб, причиняющий явные физические страдания. Это продолжалось несколько недель до исчезновения. Пропавший игнорировал расспросы близких, хотя пару раз все-таки обмолвился, что за этим стоит некая «она».

– И вы, конечно же, сразу вышли на мою подзащитную, ведь это единственная «она» в штате! – хмыкнула адвокат.

– Протестую! – уже привычно выдал прокурор.

– Протест принят, – поморщилась судья. – Доктор Истрин, прошу, продолжайте.

– Я не заподозрил именно подозреваемую, я счел, что пропавший оказался вовлечен в секту. Я запросил у его родителей доступ к компьютеру и получил его. Мои предположения не подтвердились, подозреваемый активно интересовался не сектами, а полиаморными отношениями.

– Поясните суду, что это означает.

– Это межличностные, в том числе и сексуальные отношения между тремя и более партнерами, при которых все партнеры знают друг о друге. Такие отношения приобретают разные формы, но пропавший намеренно или случайно нарвался на ту, при которой отношения имеют черты культа.

– Как вы это поняли?

– По его поведению, – пояснил Матвей. – Он совершал поступки, которые были откровенно вредоносны для него, не наслаждался ими, но не мог поступить иначе.

У Матвея не было такого количества знакомых хакеров, как у Гарика, да и в чужой стране их привлечь сложновато. Но сейчас это не потребовалось: в привычной ко многому Америке форумы, посвященные полиаморным отношениям, не были под запретом. Помимо пропавшего, Матвей обнаружил там всего одного человека из интересующего его городка. Правда, на форуме не было ни имени, ни адреса, но неизвестный пользователь опубликовал пару фото, по которым можно было распознать свиноводческую ферму.

Матвей отправился туда, намереваясь просто осмотреться. Он прекрасно знал, что у полиаморных семей с чертами культа обычно есть сильный лидер, равноправие их не привлекает. Чаще всего это встречается в гендерно разделенных семьях, когда у одного мужчины в услужении находятся несколько женщин.

Чего-то подобного Матвей ожидал и теперь, однако обнаружил, что на ферме постоянно живут четверо мужчин разного возраста и всего одна женщина. Чуть понаблюдав за ними, он убедился, что мужчины действительно находятся в подчиненном положении – причем добровольно. Женщина же привыкла отдавать приказы, она делала это между делом, потому и не сдержалась в присутствии постороннего.

Матвей не был удивлен тем, что полиция не заподозрила связь пропавшего с этими людьми. В маленьком провинциальном городке в принципе едва ли знали о подобной форме отношений. А даже если знали, они не заподозрили бы, что парень из самой обычной семьи станет подчиняться такой, как Аманда.

– Как вы обнаружили потерпевшего? – спросил прокурор.

– Когда у меня появились основания полагать, что Аманда и ее партнеры замешаны в этом, я начал задавать провокационные вопросы, связанные с жертвой. Это создало иллюзию, что мне уже известно о том, где он. Я разрушил их идеальную схему, это вызвало гнев – и на меня напали.

– А у вас не было подкрепления, – напомнила адвокат. – И вы, такой герой, решили противостоять пяти людям!

– Не пяти, – покачал головой Матвей. – Одному. В семьях такого типа достаточно убрать лидера, и остальные посыплются.

Уже позже, когда все закончилось, он выяснил, что пострадавший собирался уйти из «семьи» – оборвать отношения, просто забыть о прошлом… Но Аманду такой вариант не устраивал. Она, от природы не слишком умная, действительно прошедшая через травмирующее детство, уже поверила, что имеет право управлять чужими судьбами. Да и потом, младший «муж» нравился ей куда больше, чем четыре предыдущих.

– В суде мисс Бишоп утверждала, что лидером была не она, а мистер Рокфорд, который также был задержан в тот день, – напомнил прокурор. – Считаете ли вы это правдой?

– Нет. В полиаморных семьях такого типа лидер – это всегда тот, чей пол представлен в единственном числе. Проще говоря, или мужчина, управляющий женщинами, или женщина, управляющая мужчинами, хотя и в абсолютном меньшинстве случаев. Но статистика не может быть использована для опровержения конкретной ситуации. Более того, когда мне удалось обезвредить подозреваемую, упомянутый мистер Рокфорд не попытался ничего изменить, он безропотно сдался вместе с остальными.

– Но он признался, что он главный, а не я! – взвизгнула Аманда. Она явно надеялась испепелить Матвея взглядом и была расстроена тем, что не получается.

– Конечно, он признался, – кивнул Матвей. – И это еще одно доказательство того, кто там лидер.

– Считаете ли вы, что травмирующий опыт юности может оправдать нарушение закона в настоящем? – поинтересовался прокурор.

Адвокат тут же бросилась протестовать, а Матвею захотелось рассмеяться… Вот уж кому не стоило отвечать на этот вопрос! Хорошо, что не пришлось, тут судья стала на сторону адвоката.