Ответ на мой ментальный запрос пришёл мгновенно. Не словами, прозвучавшими в моей голове, и не образами, как пытался «общаться» я, а волной эмоций, прокатившейся по сознанию: любопытство, смешанное с настороженностью. Казалось, этот цветок, и правда, прожил немало и успел встретить на своём веку жадных и алчных людей. И никто из них ни о чём его не просил. Все жаждали лишь одного: сорвать это чудо и изготовить из него алхимическую дрянь или просто продать подороже. Но это древнее растение по-прежнему росло, а вот о тех, кто приходил его сорвать, скорее всего, подобного сказать было нельзя. Это заставляло задуматься о том, а так ли беззащитен этот цветок, как кажется на первый взгляд.

Тем не менее мне показалось, что духовный цветок не возражает против моего намерения и даже сожалеет о том, что не может дать мне того, о чём я прошу. Причём не «не хочет», а именно «не может».

Наше «общение» было настолько странным, что, случись оно на Земле, я бы тут же поднялся на ноги, взял телефон в руки и записался на приём к психиатру. Я ему — образ, оно мне в ответ — волну эмоций и ощущений.

«Ты мне нравишься, ты красивый», — транслировал я.

«Ты Звёздный Свет», — почувствовал я обратный посыл.

Почему Звёздный? Почему Свет? Просто так показалось, когда эмоции ответа цветка слились с особенно яркими бликами на его листьях.

А может, дело в том, что в этом мире считается: астральная магия — это не только ментал и сила разума, но и энергия звёзд?

И ещё я понял, что цветок сам выбрал показаться мне, уловив вибрации моего сознания и души. «Увидел» во мне нечто, что его заинтересовало, и позволил себя заметить. Без подобного разрешения, чтобы увидеть этот цветок, мне нужно было бы достичь Пятой Ступени Лестницы.

Знания — или, вернее, их блики и намёки — тонким ручьём, отголоском ветра, вибрацией души проникали в мой разум.

Этот цветок не был разумным существом в полном смысле слова, но всё же явно умнее тех же лисов, которых мне довелось встретить в этом странном лесу. Совершенно точно, у него были свои желания, и временами ему даже бывало скучно. Ну, по крайней мере, мне так показалось.

«Листок, можно?» — я представил, как аккуратно и со всем почтением срезаю запрошенное.

«Не получится», — таков был ответ.

«Можно попробовать?»

«Пробуй».

Словно я просил его поиграть со мной, а цветок отвечал, что подобная игра может оказаться опасной.

Я понимал: подобные просьбы, обращённые к существу куда более могущественному и сильному, чем я, во многом неправильны. Но серебро его листьев действовало на меня гипнотически. Казалось, я нашёл то, что сделает меня цельным, свяжет мою душу с телом Бин Жоу ещё сильнее, убрав все «нестыковки» и «ошибки слияния».

Нет, я помнил знаменитую фразу: «Никогда не проси у тех, кто сильнее». И даже считал её верной. Но эти листья… Они мне нужны! Хотя бы один листочек. Хотя бы один!

Опасная игра? Куда опаснее — всё оставить, как есть, когда моя душа и тело словно находятся в постоянном рассинхроне.

Выпрямившись, я огляделся в поисках подходящего инструмента. Дадао и гуаньдао были слишком грубыми для столь деликатного дела, и в итоге мой выбор пал на нож для разделки мяса, который я достал из походной сумки. Ничего лучше у меня всё равно не было.

Я наклонился с глубоким поклоном, постоянно транслируя цветку, что не хочу ему навредить. Духовное растение явно не возражало против моих дальнейших действий, ему, похоже, даже было любопытно.

Но стоило лезвию ножа приблизиться к стеблю, как произошло нечто странное. Энергия, до этого мягко кружащаяся вокруг цветка, резко изменилась. Она не стала враждебной – нет, но словно отстранилась, создав между мной и растением невидимый барьер. Лезвие застыло в воздухе, будто упёрлось в непроницаемую стену. Я надавил сильнее, но нож в моей ладони не сдвинулся ни на миллиметр. Энергетическое поле растения защищало его, не позволяя приблизиться грубому металлу.

А самому цветку, как мне показалось, было даже весело. Он словно развлекался.

Я вложил в давление на рукоять всю силу голема и добился лишь того, что нож сломался. Лезвие просто лопнуло, едва не выбив особенно острым осколком мне левый глаз. Хорошо, что успел дёрнуть головой и отделался лишь неглубокой царапиной на скуле.

Убрав остатки ножа обратно в сумку, в задумчивости сел прямо на один из корней гигантского кедра. Затем протянул вперёд ладонь — в этот раз никакого барьера. Энергия цветка снова мягко омывала мои пальцы.

Значит, растению не нравилось, что к нему тянется железо? Я попытался транслировать этот образ, но то ли цветок меня не понял, то ли по какой-то иной причине — ответа я так и не получил.

Ладно, нельзя железом и сталью — сорву листок голыми руками!

Предупреждение от цветка волной лёгкого испуга пришло с запозданием всего на миг. Стоило моим пальцам коснуться листика, как тот мгновенно повернулся, и его серебристая кромка едва не отсекла их. Боль пронзила руку, оставив глубокие раны на указательном и большом пальце, до самой кости.

Нет, это не была осознанная атака — лишь древний инстинкт самозащиты, на который даже протосознание цветка не могло повлиять. Но всё же урок оказался жёстким. Если тебе «шепчут», что опасно, не стоит совать руки, какой бы сильной ни была жажда обладания тем, что тебе нужно.